| |||
|
| глава 4 |
|
По окончании работы, ребята высыпали в коридор и направились прямиком вниз по лестнице.
- А что, наша комната внизу? - поинтересовалась Гермиона. - Так, ты и это забыла? Удивительно! – Воскликнула Чоу, но вспомнив просьбу подруги, терпеливо стала объяснять: - Наши «палаты» в подземельях, там, где когда-то очень давно проживали слизеринцы. В те времена в школе существовали четыре факультета, но теперь только один «Слизерин», а мы – маги-полукровки и магглорождённые называемся «плебеями». Это расхожее название, а вообще мы «профессиональные работники». Собственно, нас этому тут и обучают. Стало модным держать в услужении на домашних работах профессионально-подготовленного мага, а не эльфа-домовика, от которого проблем больше, чем толку. Нас, полукровок и магглорождённых, фактически и людьми-то не считают. Красивая жизнь только для мажоров-чистокровных, а мы, ничтожества, только и годимся варить, убирать, чистить, шить, стирать, гладить и так далее. А самое обидное, что ради этого мы несколько лет обязаны учиться, после чего, не спрашивая нашего согласия, нас отдают в услужение в чистокровные семьи, разлучая с собственной семьёй навсегда. Есть шанс получить, так называемую, вольную грамоту, но это очень трудно. Практически невозможно. Хорошего работника никто отпускать не станет, а плохих не держат. Это самое настоящее рабство, - грустно опустила голову Чоу. - Но всё же это лучше, чем участь магглов. - А что с ними? - спросила Гермиона, поражённая рассказом подруги. - Их просто уничтожают пачками. Периодически сам Господин даёт распоряжения Пожирателям смерти произвести «зачистку» от магглов какой-либо территории. Какая там «Авада Кедавра»? К ним просто применяют заклинание сожжения, и человек ахнуть не успеет, как превратится в горстку пепла. И никаких проблем с уборкой трупов. Оставляют в живых только тех магглов, у которых в роду на протяжении нескольких поколений, родился в семье хоть один волшебник. Такая семья способна в любой момент произвести на свет мага. А ещё щадят тех магглов, что обладают необычными, паранормальными талантами, типа гипноза, ясновидения или целительного дара. Некоторые магглы, из страха быть уничтоженными, каким–то непостижимым способом умудрились развить в себе такие способности. Например, одна моя знакомая стала видеть вещие сны и, сумев доказать это, избежала смерти, хотя в её роду не было ни одного волшебника. Наш господин хочет изменить мир. Скоро на земле будут жить только одни волшебники. И никаких проблем с перенаселением. Он считает, что магглы - ошибка природы, а он намерен её исправить. Гермиона слушала, затаив дыхание. «Что же произошло? Почему Волдеморт не погиб? Ведь мы с Роном всё просчитали. Неужели заклятье "Авада Кедавра" не отскочило от маленького Гарри и не поразило Волдеморта? Или он убил мальчика? Защита матери не сработала? Но где же, где произошла ошибка?» - лихорадочно думала Гермиона. «Стоп!» - сказала сама себе девушка и встала как вкопанная. На неё наткнулся кто-то, идущий сзади, и чертыхнулся. Чоу тоже остановилась, выжидательно уставившись на подругу. «Странная она сегодня. Неужели и правда головой повредилась, да ещё и эта шишка на лбу?» - обеспокоенно думала она. «Защита матери должна была сработать, ведь она принесла себя в жертву, спасая Гарри и бросившись закрывать его своим телом. Но… если подумать, жертва – это когда отдают свою жизнь за кого-то, а она… не умерла. Лили осталась жить, а значит, никакой жертвы не было, и, следовательно, не было никакой защиты у маленького Гарри. Святой Мерлин! Волдеморт его убил!» - в ужасе думала Гермиона. Но тут, словно в ответ на её мысли, она увидела его. Парень шёл по коридору им навстречу. Бледноватая кожа, словно он не выходил на свет божий и никогда не видел солнышка, черные волосы до плеч, и челка на прямой пробор, заложена за уши. Не смотря на непривычную для Гермионы, внешность, она сразу узнала его. Это был Гарри Поттер, её лучший друг. Открытый лоб был чист, ни царапинки, ни шрама. - Гарри! - не утерпела и кинулась к нему Гермиона. Парень шарахнулся в сторону, с испугом взглянув на неё. - Куда!? - вскрикнула Чоу и, схватив подругу за руку, оттащила её обратно в строй, которым работники шли к своим спальням. Гермиона послушалась, но всю дорогу шла и оглядывалась, а Гарри так и застыл в коридоре с прижатой к груди рукой (словно он сильно испугался) и долго смотрел ей вслед. - Как тебе могло прийти в голову такое, фамильярничать с мажором, да и к тому же с сыном самого директора Хогвартса? – отчитывала Чоу подругу. - И вообще, его зовут не Гарри, а Генри. Генри Снейп. Да, действительно, тебе память напрочь отшибло. Слушай, а может, тебя кто-то заколдовал, а? Уж больно странная эта амнезия… - Как, ты сказала, его зовут? - переспросила Гермиона, перебив подругу. - Генри… - Нет, фамилию какую ты назвала? - А знаешь, это даже интересно, - улыбнулась Чоу. - Мы с тобой обо всём по сто раз говорили. Уж, и темы все кончились, и мы скучать начали. А теперь можно по второму кругу обо всех посплетничать. Очень вовремя у тебя память пропала. Ну, слушай, - и, понизив голос до полушёпота, Чоу продолжила: - Зовут его Генри Снейп. Между нами, он не родной сын директора. Северус Снейп женился на его матери Элен (она овдовела вскоре после рождения сына) и усыновил её ребёнка, дав ему свою фамилию. Мальчишка этот довольно чудной, нелюдимый, всего боится, на улицу почти не выходит. Учится, правда, очень хорошо, все его хвалят. Но странное дело, как только кто-то из преподавателей предлагает ему блеснуть умом и поучаствовать в разных конкурсах или соревнованиях на лучшего ученика и волшебника школы, так он наотрез отказывается. Никто его толком не знает, потому что он ни с кем не разговаривает, друзей не имеет и живёт в отдельной комнате один, а не в спальнях на несколько человек, как остальные студенты. - А на каком он факультете? - спросила Гермиона. - Ты что, подруга, я же тебе уже рассказывала, что здесь только один факультет, ну не считая нашего плебейского «профессиональных работников»? Конечно он в «Слизерине», где же ещё? - А как же распределяющая шляпа, она теперь пылится на полке? - допрашивала Гермиона. Ей нужно было знать абсолютно всё, каждую мелочь. Поскольку девушка совершенно не знала, как исправить ситуацию, то надо было хотя бы её правильно оценить и узнать об этом мире побольше, чтобы ничто не застало её врасплох, как половник надзирателя. - Когда-то давно шляпа распределяла новичков по факультетам, но в то время их было четыре, а сейчас она сходу определяет чистокровных и кричит «Слизерин!», а если человек магглорождённый или полукровка, то она молчит, и тогда, ему прямая дорога к нам в группу будущих «рабов». - Ты сказала, что у Гарр... то есть, у Генри нет друзей, - продолжала допрос Гермиона. - А разве он не дружит с мальчиком по имени Рон Уизли? - Уизли? Что-то знакомая фамилия. Нет, точно я знать не могу. Если этот Рон из мажоров, то вряд ли я с ним знакома. Не особенно-то нам позволительно с ними фамильярничать. Он чистокровный волшебник? - Да, у Рона оба родителя чистокровные маги во всех поколениях, но они из небогатой семьи. - Это не важно. Если чистокровный, то в «Слизерине». Любой «настоящий» волшебник там ценится. Потому что с тех пор, как нас стали считать людьми низшего сорта, число способных магов значительно снизилось. Ведь обучаться абсолютно всему позволительно только чистокровным, а наша «плебейская» каста имеет право учиться только той магии, которая необходима в сфере обслуживания. Но знаешь, сейчас, конечно, по этой причине всё по-другому, но ещё только чуть больше десяти лет назад даже чистокровных магов, заподозренных в заговоре против нашего Господина и повелителя, нещадно истребляли целыми семьями. Ой! - и Чоу приложила руку ко рту. - Я вспомнила, где видела фамилию Уизли. - Где? Ты меня пугаешь, - заволновалась Гермиона. - Иди за мной, - сказала Чоу. Взяв за руку подругу, и отделившись от остальных ребят, она потянула её в направлении центрального холла на первом этаже. - Это здесь, - остановилась Чоу посередине зала, указывая рукой на стену, где висела огромная мемориальная доска. – Тут записаны фамилии всех тех, кто погиб по причине того, что замышлял недоброе против нашего Повелителя. Он распорядился, чтобы имена убитых заговорщиков висели здесь, на всеобщее обозрение, в назидание всем остальным. Сначала эта доска была просто деревянной, но наш директор, к счастью, имеет хоть какое-то уважение к погибшим и заменил её мраморной. Прочти имена, кажется, я видела это здесь. Гермиона лихорадочно пробегала глазам по строчкам. Список был длинным и, начинаясь от пола, заканчивался почти у самого потолка, поэтому на мемориальную доску были наложены особые чары, позволяющие видеть буквы чётко, даже если они очень высоко. Здесь были и фамилии целых уничтоженных семей и отдельные имена, такие как Альбус Дамблдор. «Этот палач убил и нашего директора. Ну, конечно, ведь Волдеморт всегда считал его своим врагом», - думала Гермиона, и слёзы стали застилать ей глаза. Фамилии стояли в алфавитном порядке, и девушка начала поиски с середины списка, сразу же наткнувшись на строчку «Семья Поттер». «Как же так? Мистика какая-то. Здесь написано, что все Поттеры убиты, а Гарри расхаживает по школе, как ни в чём не бывало. Или это не он вовсе, а и вправду какой-то Генри, просто похож?» - думала девушка. Почти в конце списка значилось: «Семья Уизли». Гибель обеих семей датировались одним и тем же годом. Это был тот самый год, в который они с Роном попали, когда отправлялись спасать родителей Гарри. Но что вышло из этой их попытки? Погиб и Рон, и многие-многие другие из этого длиннющего списка, плюс ещё море ни в чём неповинных магглов, которые и знать-то не знали, что на свете существуют маги. А в мире теперь творится чёрт знает что: хаос, дискриминация, диктатура и ещё много чего чёрного. Гермиона не хотела верить в то, что все Уизли убиты. « А вдруг это ошибка, как с Поттерами? Ведь не может быть, чтобы Лили умерла. Я сама лично видела, как она пила зелье, да и Гарри здесь…» Но, несмотря на эти оптимистические мысли, внутренне девушка чувствовала, что семья Уизли, действительно, уничтожена, и слёзы потоком хлынули из глаз. - Чоу, но как такое возможно? Пусть родители Уизли были заговорщиками, но ведь там были дети. Семеро крошек, двоим из них не было ещё и года… - плакала Гермиона. - Мне очень жаль, подружка, но что тебе сказать? Ворвавшись в дом предателя, Пожиратели смерти сметают всё и вся на своём пути. Куда потом сирот пристраивать, когда родителей убьют? Очень им нужно с детьми возиться. Да и вообще, у них нет сердца. И вот, попавшись под горячую руку, гибнут и дети тоже… Гермиона горько плакала, уткнувшись лбом в мраморную доску. Чоу попыталась утешить подругу, но та попросила: - Пожалуйста, оставь меня одну. Очень прошу тебя. - Я понимаю, но только волнуюсь, найдёшь ли ты дорогу в нашу спальню? - замялась Чоу. - Ведь ты не помнишь… - Дорога в подземелья мне знакома, – не дала ей договорить Гермиона. - Иди, Чоу, не беспокойся за меня. Подруга ещё немного в нерешительности потопталась на месте и пошла в сторону лестницы, ведущей в подземелья. «Мой бедный Рон. Он хотел сделать счастливым друга, но поплатился за это собственной жизнью. Нет, нельзя было ничего менять. Ведь не зря же говорят, что если в прошлом пострадает один-единственный маленький жучок, последствия в будущем могут быть катастрофическими. И ладно бы ещё Лили была мамой кого-то другого, но ведь это мама Гарри, и они оба так тесно связаны с Волдемортом. От них зависела жизнь или смерть Тёмного лорда, а мы с Роном так беспечно отнеслись к этому важному делу. Что же теперь делать? Как исправить содеянное?» Гермиона потрогала шею. Там, на цепочке под одеждой висел времяворот, но девушка решительно не знала, как может его использовать, чтобы не сотворить что-то ещё более страшное. Она тихо плакала, закрыв лицо руками. - Возьмите платок, - вдруг услышала она чей-то тихий, несмелый голос. Гермиона подняла голову. Рядом стоял Гарри и протягивал ей носовой платок. «Гарри!» - хотела уже воскликнуть она, но вовремя спохватилась и, взяв платок из его рук, сказала: - Спасибо, Генри. Он махнул головой в сторону мраморного списка погибших и вновь тихо произнёс: - Здесь многие плачут. Я давно думал поставить тут коробку с носовыми платками, - и, взглянув на Гермиону, посерьёзнел. - Мне очень жаль. Погиб кто-то из ваших знакомых? Гермиона кивнула головой. Она не знала, что сказать. Парень оглянулся по сторонам и, приблизившись вплотную к девушке, очень тихо спросил: - Почему вы назвали меня «Гарри» там в коридоре? - Наверное, потому что это твоё настоящее имя, - не выдержала Гермиона и с вызовом посмотрела ему в глаза. - Я знакома с тобой. И уже очень давно, только ты этого не помнишь. Это трудно объяснить, но я всё-всё про тебя знаю. Хотя, в последнее время мало чего понимаю. И ещё я знаю то, что один человек из этого списка погиб ради того, чтобы твоя мама была жива. Широко раскрытыми глазами, Гарри смотрел на неё. - Я понимаю. В мире магов всё возможно. И даже то, что вы знаете моё настоящее имя, меня не удивляет. Но я хочу попросить вас никому не говорить об этом. От этого зависит не только моя жизнь, но и моих родителей. Надеюсь, что на ваше случайное восклицание в коридоре никто не обратил внимания. Всякий мог ошибиться или обознаться… Гермиона часто закивала головой. Казался невероятным рассказ Чоу о том, что этот парень немногословен. Он прекрасно и красиво говорил. Видно было, что он немного запуган, но, в общем и целом имел вид умного человека. - Да, конечно. Я здесь не за тем, чтобы вам навредить, а… наоборот, хотела помочь, но, видно, сделала только хуже. Мне очень нужна помощь, но я решительно не знаю с кем посоветоваться. - Послушайте, - вновь тихо заговорил Гарри. - Моей маме нужна прислуга. У нас в доме их целый штат, но она всё-равно иногда берёт ещё кого-нибудь. В этот раз ей понадобилась горничная. И как раз завтра она хотела прийти в школу, выбрать одну из девушек. Маме не важно, обучен человек или нет, у неё свои причуды, главное, чтобы девушка ей понравилась. Я попрошу её взять вас. Лучше работать у нас дома, чем здесь под надзором и рискуя быть наказанной, разве не так? Скажите мне своё имя, и на каком вы курсе. - Гермиона Грейнджер, третий курс. |
| глава 5 |
|
В этот раз работали не на кухне. Будущих работников обучали «шить» одежду, попросту создавая её с помощью волшебной палочки.
Администрация школы модифицировала палочки учеников, и серьёзнее заклинаний по домоводству ничего наколдовать было невозможно. Обучать ребят из этой группы опасным заклинаниям никто бы не стал, но всегда есть риск, что особо умный ученик, раскопает где-нибудь информацию о том, как это делается и научит других. А имея в запасе хотя бы одно боевое заклинание, можно свершить маленькую революцию. Вот, поэтому палочки модифицировали, но сейчас на этом уроке позволили их взять. «Путешественники во времени» всегда проживают свою основную жизнь. Куда бы они ни попали, и как бы ни изменяли своё будущее или прошлое, они всегда остаются сами собой. Гермиона знала кучу разных заклинаний, которым обучилась ещё в «той» своей обычной жизни. Поэтому Чоу очень удивилась, когда подруга, одним взмахом палочки, с лёгкостью сотворила из ткани платье. И какое платье! Сшитое идеально, и точно по своей фигуре. Спохватившись, Гермиона сконфузилась и объяснила это тем, что вышло случайно. Затем «исправилась» и согласно логике (ведь Гермиона из этой жизни не знала бы и половины того, что умела она) стала изготавливать одежду гораздо медленнее и хуже предыдущего изделия. На занятиях по шитью были только девушки, парней отправили изучать изготовление мебели. Преподаватель прохаживалась по рядам и придирчиво осматривала работу учениц, изредка поправляя и давая указания. Внешностью она чем-то напоминала профессора Макгонагол, но раза в два моложе. В руках она держала тонкий длинный хлыст, используемый при верховой езде, похожий на гибкий прут, что придавало всему её виду изысканную строгость. - Помните, девочки… - нудно твердила профессор, - … что от вашего старания зависит ваше будущее. Никто не знает, в какую семью вы попадёте. Хозяева могут оказаться капризными, вечно недовольными, и если вы будете не достаточно подготовлены, то ваша жизнь может превратиться в кромешный ад. А знаете, что делают хозяева с совсем неугодным ему персоналом? Правильно, Анна, опустите руку, сдают обратно к нам на доработку. После чего, нерадивого работника-ученика доучивают всего только один год, затем отдают в услужение в другую семью. Но если и в этот раз он не удовлетворит требований хозяев, то его отправят на тяжёлые работы в труднодоступные места: на рудники, лесоповал или поиски воды в пустыне. Пусть это всё и возможно делать с помощью волшебной палочки: и деревья валить, и алмазы добывать, но я вас уверяю, что пыли, песка и опилок вы наглотаетесь по уши. И я вам не завидую, потому что на таких работах долго не живут. А делать это кому-то надо. Так кому, как не плохим, никому не нужным, работникам? - Мэри, ты не так ткань держишь, бестолковщина! - воскликнула профессор и больно хлестнула одну из учениц по пальцам своим хлыстом. Девушка сунула ушибленный палец в рот и заплакала, со страхом и обидой глядя на преподавателя. - И нечего на меня так смотреть, - продолжала та. - Я это делаю только потому, что беспокоюсь о вашем будущем. Потом сами скажете мне «спасибо». Тут, дверь без стука отворилась, и появился низенький человечек, а вслед за ним вошла высокая, худая, красивая женщина. - Прошу вас, уважаемая миссис Снейп, - стал распинаться низенький человечек перед дамой, которую привёл. - Пожалуйста, все ученицы этого курса налицо. Выбирайте любую. Профессорша с хлыстом поклонилась красивой даме и отошла в сторонку. Гермиона замерла и во все глаза вылупилась на женщину. У той были коротко остриженные, гладкие, чёрные, как смоль, волосы и ярко-зелёные глаза. Ну, ни дать, ни взять сам Гарри Поттер, одно лицо. Рыженькую, длинноволосую Лили девушка видела только вчера. И только вчера подливала ей в чашку спасительное зелье. Но даже теперь, несмотря на то, что та изменила причёску, похудела и повзрослела на тринадцать лет, Гермиона узнала её сразу. Лили не называла имён, она пока только бегло пробегала взглядом по лицам девочек. Скользнув по лицу Гермионы, она вернула взгляд к ней и нахмурила лоб, словно что-то вспоминая. «Ну, конечно, она меня вспомнила. День, в который я появилась в их доме таким таинственным образом, был самым ужасным днём в её жизни. Такое не забудешь…» Всё ещё хмуря лоб, Лили подошла к столу Гермионы и спросила: - Как тебя зовут, девочка? - Гермиона Грэйнджер, - тихо произнесла та, затаив дыхание. «Кто знает, что будет, если она действительно вспомнит меня? Надо ли, при таком раскладе, опасаться этой женщины?» - Меня зовут Элен Снейп, - сказала дама. - Тебе что-нибудь говорит это имя? - и она выжидательно посмотрела на Гермиону. Сглотнув комок в горле, девушка отрапортовала: - Вы супруга директора школы Северуса Снейпа и мать Генри Снейпа - студента факультета «Слизерин». - Пойдем со мной! - твёрдо сказала Лили-Элен и направилась к двери. Гермиона сделала шаг в её сторону, но взглянув на Чоу, остановилась. По щекам Чоу текли слёзы, ведь она навсегда теряла свою лучшую подружку, почти сестру. Гермиона вспомнила клятву, данную ей. - Простите, - обратилась она к Элен. - А вам нужна только одна девушка? Моя подруга очень хороший работник. Не могли бы вы и её взять к себе? Вы не пожалеете, обещаю вам, - умоляюще взглянула на свою новую хозяйку Гермиона. Лили молча кивнула, и Чоу, не веря ещё такому счастью, вскочила с места и побежала вслед за Элен Снейп и Гермионой. *** Девушек привели в дом и представили семье. Гарри вежливо поклонился и, украдкой улыбнувшись Гермионе, отбыл в свою комнату. Элен подошла к мужу и что-то быстро шепнула ему на ухо. Северус Снейп покосился на Гермиону, затем более внимательно, придирчиво осмотрел обеих новеньких и спросил супругу: - Дорогая, а не маловаты ли они будут для такой работы? - Да, в общем-то, ничего сложного я им не собираюсь задавать. Эта девочка станет моей личной горничной. Будет прибирать мою комнату, помогать мне с туалетом, ну и по мелочи. А темноволосая девочка займётся комнатами Генри. Он вечно оставляет там вещи разбросанными: и в библиотеке, и в тренировочном зале, и в спальне. Так что, и там понадобится работник. - Ну, ладно, как скажешь. В конце-концов наём работников всегда осуществляла ты, и у меня нет причин не доверять твоему вкусу. Один только маленький нюанс. Как всегда и со всеми мы делаем. Девушки, мне необходимо проверить ваш багаж. Не хотелось бы потом получить какой-нибудь сюрприз, типа немодифицированной, боевой волшебной палочки, например. Ну, вы меня понимаете… Гермиона и Чоу откинули крышки своих сундуков, только что принесённых в холл пожилым слугой, который тут же принялся в них копаться. Под конец обыска у него в руках осталось несколько предметов, вызывающих сомнение: две волшебных палочки, шарик-напоминалка, блокнот и пустая склянка из-под зелья. Склянка и одна из палочек – единственные предметы, принадлежащие Гермионе, остальное было из сундука Чоу. Снейп моментально пролистал блокнот и не нашёл в нём ничего заслуживающего внимания (обычный дневничок молодой девушки), и осмотрел шарик, в котором была заложена только одна памятка: «Не забыть поливать "лебединый пух" три раза в день до полного созревания. Из лопнувших плодов выпадает настоящий пух, который очень хорош для набивания им подушечек и думочек» Снейп усмехнулся: - Советы по домоводству. Видно, вы старательная девушка. Что там у нас ещё, палочка? Так, модифицирована. Прекрасно. Теперь вы. Это ваш пузырёк? Повернулся Снейп к Гермионе. - Да, мой, - призналась она. - Что в нём было? - подозрительно поинтересовался он, нюхая склянку. - Лекарство от… я не знаю точно, мне сказали, лечит всё понемножку… - лихорадочно искала Гермиона более или менее, похожий на правду, ответ. - А кто, простите, вам это сказал, и откуда у вас это зелье? - допытывался Снейп. Гермионе стало жарко и душно от нервного напряжения, она потянула ворот платья и зря это сделала, потому что Северус заметил золотистую цепочку времяворота на её шее и, моментально подцепив её тонким длинным пальцем, вытянул его из-за ворота девушки. Элен-Лили вскрикнула и приложила руки ко рту. По её лицу было видно, что если ещё недавно она в чём-то сомневалась (ведь девушка, попавшая в тот день в дом Поттеров, должна была повзрослеть), то теперь все кусочки мозаики встали на свои места, и Лили поняла, что не обозналась. Лицо Северуса посуровело: - Откуда это у вас? - Семейная реликвия, - промямлила Гермиона. - От родителей досталась… - Не врите! - повысил голос Снейп. - Вы этим пользовались хоть раз? - Я не умею, я не знаю что это. Просто, красивая штучка, – предательские слёзы навернулись на глаза девушки. Чоу тоже тихонько заплакала. Она боялась, что подругу вернут обратно в школу, а там, и до тяжёлых работ недалеко. - Вы должны знать, что в неумелых руках эта красивая штучка может принести непоправимый вред. А в сочетании вот с этим… - он помахал перед её носом пустым пузырьком от зелья из корня Мандрагоры, - …задать ещё и огромную загадку, на разгадывание которой нам понадобилось тринадцать лет. Он внимательно посмотрел девушке в глаза. - И если бы не этот случай, мы никогда бы не узнали, что произошло ТОГДА. Но к счастью для всех, я прекрасный зельевар, и любое зелье узнаю по запаху. - Я это знаю… - прошептала Гермиона. - Что вы теперь со мной сделаете? Отправите назад в школу? - Прежде всего, я думаю, вам надо кое о чём поговорить с моей супругой, а она пусть сама решает, как с вами быть. Это… - он показал времяворот, - …останется у меня. Такими опасными вещами не может владеть каждая сопливая девчонка. Северус поклонился Элен и удалился, унося с собой последнюю надежду Гермионы. |
| глава 6 |
|
Гермиона и Лили сидели в креслах за низким журнальным столиком и беседовали.
Девушке ничего не оставалось делать, как всё ей рассказать. Лили должна была плакать, вспоминая тот страшный день и смерть любимого супруга, но, видимо, за все эти годы она выплакала последние слёзы. Женщина сидела прямая, как струна и смотрела перед собой, пытаясь осознать всё то, что услышала от этой девочки. Гермиона вновь заговорила, и Лили перевела на неё взгляд своих великолепных больших глаз. - Я не могу понять, - спрашивала девушка. - Неужели Волдеморт на этот раз пощадил Гарри и не убил его «Авада Кедаврой»? Но такое невозможно, поскольку расходится с Историей. - Нет, девочка, всё случилось точно так, как ты рассказала, - ответила Лили. - Как и должно было произойти. Но я не смогла пожертвовать жизнью ради сына, хоть и бросилась его спасать. Я не умерла, как должно было случиться, и поэтому он не получил необходимой защиты, которая рикошетом бы отразила смертельное проклятье Волдеморта, уничтожив его на долгие годы. Он поразил меня смертельным проклятьем, я упала и некоторое время не могла пошевелиться, хотя всё видела и осознавала. Я увидела, как он подошёл к ребёнку и, произнеся зловещие слова о каком-то пророчестве, выпустил в него из волшебной палочки зелёную искру. Мой мальчик откинулся на спинку в своей кроватке и затих, а Волдеморт захохотав злобным смехом, вышел из комнаты. Не помню, сколько времени прошло, но никогда не забуду, как разрывалось моё сердце от горя по убитому сыну. Вскоре послышались шаги, и в комнату вошёл Северус. Склонившись надо мной, он погладил меня по волосам, а в его глазах стояли слёзы. Я знала его с самого детства и догадывалась, что он влюблён в меня. Но, что делать, если сердце моё принадлежало Джеймсу? А узнав, что Северус стал Пожирателем смерти, я стала его избегать. Но тогда, увидев его глаза полные слёз, я поняла, что, не смотря ни на что, могу доверять этому человеку. Он чувствовал себя косвенно виноватым в том, что произошло со мной, и пришёл навсегда проститься со своей потерянной любовью. Но каково же было его удивление, когда он увидел меня живой и невредимой, только в ступоре от побочного действия заклинания. С помощью другого заклятья он быстро привёл меня в чувство, и я бросилась к кроватке сына. И что же? Он тоже был жив! Но это была ещё одна загадка. - Действительно, неясно, - произнесла Гермиона. - Ведь чай с подмешанным в него зельем пили только вы. Гарри к нему и не прикасался. Если бы сработала защита, то Волдеморта сейчас небыло бы. Значит, это точно не она. Так, что же спасло мальчика от смерти? - Теперь я понимаю, что произошло. Но долгое время для меня оставалось сложной задачей, решить которую, я была не в силах, как смогли сразу два человека избежать смерти от «Авада Кедавры»? Незадолго до прихода Волдеморта, я покормила Гарри грудью и действие зелья, выпитого мною за ужином, передалось ему. Таким образом, он спасся. И, по идее, я должна была бы тебя благодарить, Гермиона, что ты мне жизнь спасла, но мне ужасно грустно... На первый взгляд наша семья неплохо устроилась, - продолжала Лили. - Мой муж - директор школы, которого поставил на это пост сам Тёмный лорд. Тот собственноручно, перед глазами учеников всей школы убил Альбуса Дамблдора и провозгласил себя повелителем мира сего. Уничтожив его, Волдеморт остался единственным самым сильным магом столетия, чего он всю жизнь и добивался. Может быть, ты спросишь, как я могла выйти замуж за Пожирателя смерти? Но он спас меня и Гарри. Северус долгое время прятал нас от Тёмного лорда. Узнай он, что мы живы, то вернулся бы и добил нас. Ведь причина, по которой Волдеморт уничтожил нашу семью не только в том, что мы с Джеймсом состояли в «Ордене феникса», который, собственно, занимался тем, что боролся с Пожирателями смерти и их Господином. А ещё и пророчество, в котором говорится о мальчике, способном победить самого Тёмного лорда. Северус знал об этом и рассказал мне. Он помог нам с Гарри сменить имена. Свою внешность я изменила сразу же, чтобы никому не бросаться в глаза своей рыжей шевелюрой, а мальчик быстро рос и изменялся внешне сам по себе, как и все дети. Кто же его узнает? Северус сделал очень много для меня с сыном. Он не такой уж и плохой человек, Гермиона. Я не должна этого говорить, но он не разделяет идей Волдеморта, и как только ему предоставляется возможность, делает по-своему. Например, он против порядков школы. Но не он их заводил, и не ему их отменять, да и невозможно это сделать, но Северус и так добился многого. Первоначальный план Волдеморта был истребить всех полукровок и магглорождённых волшебников. И ты знаешь, что начало этому он положил ещё в ранней юности, когда открыл Тайную комнату. Тогда по его вине погибла ученица Хогвартса - полукровка. Но мудрый Северус вкрадчиво предложил Тёмному лорду более практичный способ использования в своих целях этих волшебников. Зачем уничтожать, если можно получить пользу? А сам он, между тем, помогает, чем может, бедным «рабам». Знала бы ты, скольких слуг мы наняли, но разве ты видишь здесь толпы народу? А мы потихоньку даём им "вольную", выпуская на свободу к своей семье. Это не запрещено. Работника можно отпустить, можно вернуть обратно, откуда взял, а можно подарить знакомому. Но всему есть мера. И кто-то может заинтересоваться, куда деваются слуги Снейпов? Есть у нас несколько хороших друзей, которые нам помогают в этом деле. Это ещё не организованная группа, но почти. Есть люди, не желающие смириться с произволом, который творит Волдеморт. Иногда мы им отдаём слуг, а уж они либо отпускают, либо передают по цепочке другим товарищам, которые, в свою очередь помогают людям обрести свободу. Но всегда есть опасность, что рано или поздно всё это откроется. В общем и целом, играет большую роль то доверие, которое питает Волдеморт к Северусу. Малейшее подозрение, и всё полетит в тартарары. А это скажется на всех людях. Не дай бог, Тёмный лорд примется опять уничтожать всех без разбору, навёрстывая упущенное и посчитав себя столько лет обманутым коварным предателем Снейпом. Так что не нужно преуменьшать достоинств Северуса и недооценивать его. Я глубоко благодарна ему за всё, что он сделал для меня лично, для моего сына, и для многих других людей. Я, конечно же, вышла за него замуж, не раздумывая, а впрочем, у меня и не было иного выхода. Да, Северус бывает суров с другими, но никогда со мной. Он умеет любить по-настоящему, будучи из той породы людей, что любят только одну женщину, зато это чувство он проносит с собой через всю жизнь, и оно не изменится, даже если ОНА умрёт. Мой сын – «мальчик-мажор» из чистокровных магов, учится в «Слизерине». Он способный волшебник, отличник, преподаватели его хвалят, но... знала бы ты, как он несчастлив. Северус официально усыновил Гарри и нежно его любит, как настоящий отец. Но поскольку я и сын фактически «в бегах», всегда есть риск, что кто-то нас опознает, и Волдеморту станет известно об этом. Мы с мужем посчитали, что правильнее всего будет от мальчика ничего не скрывать, а иначе как мы объясним ребёнку, почему он не должен покидать пределов школы и быть всегда осторожен? У него нет близких друзей, он никому не доверяет и обречён на одиночество. Он – враг Волдеморта, а это прямая опасность. Поэтому, для него было шоком, когда ты бросилась к нему с криками посреди всего честного народа, назвав его по имени, его настоящему имени. - Но я же не знала ничего этого, - произнесла Гермиона. – А теперь, я в вашем распоряжении, и делайте со мной что хотите. Мы с бедным Роном желали всего-навсего сделать Гарри подарок к рождеству, вернуть ему родителей, а получилось вот что… Одно хорошо, что вы с Гарри живы и здоровы. - Боже мой! - воскликнула Элен-Лили. - Да кому нужна такая жизнь?! Чёрт бы её побрал! Лучше бы я умерла вместе с Джеймсом! И, клянусь, я убила бы себя, если бы не мой мальчик. Я живу только ради него, но и он несчастен и одинок. Лили поднялась с места. - Подожди меня здесь. Я сейчас вернусь, - она открыла дверь и вышла из комнаты. Гермиона осталась ждать, и грустные мысли одолевали её. Как бы ей хотелось всё вернуть, но у неё не было ни представления о том, как это сделать, ни возможности, ведь времяворот забрал Снейп. Через некоторое время дверь вновь отворилась и вошла Лили. Она приблизилась к Гермионе. - Поднимись, - попросила она. Девушка встала с кресла, и женщина одела ей на шею знакомую цепочку. - Северуса сейчас нет дома, и хорошо, поэтому я смогла взять это свободно из ящика его стола. Он ни за что не согласился бы с тем, что я задумала. Гермиона открыла, было, рот, но Лили подняла руку, призывая к тишине и вниманию. - Нет, не спорь, Гермиона. Так же, как ты попала сюда, ты вернёшься обратно, в тот день и час, когда появилась у нашего дома с пузырьком зелья в руках. Посмотришь там по ситуации. Ты девочка смышлёная и сумеешь добиться своего. Ведь удалось же тебе заставить меня выпить зелье, так вот, теперь ты сделаешь наоборот, найдёшь способ помешать этому. Не дай мне его выпить! Сделай только это и ничего более, ничто не должно измениться в прошлом, и всё должно остаться так, как было в том мире, откуда ты родом, Гермиона. Нет, не возражай. Я знаю, ты не хочешь, чтобы я вновь умерла, но этого желаю я, и уже очень давно. Это вполне равноценный обмен. На одной чаше весов целый мир, а на другой всего-навсего жизнь Лили Поттер, вечно скрывающейся и никому не известной, ведь все меня знают как Элен Снейп. Более чем на десятилетие мир избавится от Волдеморта, а мой сын станет смелым, отважным парнем, достойным восхищения, а не запуганным, вечно трясущимся от страха, ребёнком. Он обретёт своё достоинство и войдёт в Историю. Да, жизнь его не будет усыпана только розами, попадутся и шипы, но это всё же лучше, чем жизнь сегодняшняя. А главное, у него будут друзья. Я отдала бы всё на свете за то, чтобы у Гарри были такие верные и любящие его товарищи, готовые ради него изменить прошлое и будущее. Да, иногда мы все совершаем ошибки, но мы же сами, по мере возможностей, обязаны их исправить. Иди, Гермиона, попрощайся со своей подругой и возвращайся в прошлое. Самое главное, не сделай хуже. Если что, то лучше ничего не меняй и вернись вновь сюда. Ну, а если у тебя всё получится, то тогда... прощай, девочка, больше мы с тобой не увидимся, - Лили наклонилась и поцеловала Гермиону в лоб. – Да, ещё хотела тебя попросить. Передай Гарри, тому Гарри из твоего мира, что я его очень люблю, горжусь им и отдай ему вот это. Лили наклонилась к низенькой тумбочке и вытащила из ящика небольшое колдо-фото. С него смотрела, улыбаясь, коротко стриженная, черноволосая Лили. Женщина взяла со стола перо и что-то написала на обороте, затем протянула фото Гермионе и добавила: - Тебе может понадобиться волшебная палочка, а твоя модифицирована. Возьми мою. Вероятнее всего, мне она больше не понадобится… Выйдя из комнаты Лили, Гермиона пошла разыскивать Чоу. Долго искать её не пришлось, та сама окликнула подругу. Заведя её в нишу под лестницей, Чоу с жаром зашептала: - Я всё слышала, Гермиона, каждое ваше слово. Ты же не бросишь меня здесь одну? Возьми меня с собой, прошу тебя! - заплакала она. - В этом поганом мире ты единственная моя отрада, ведь семьи нас лишили. Неужели ты сможешь оставить меня, а как же наша клятва? - Чоу, если ты слышала всё, то должна понять, что забрать тебя отсюда невозможно, это значило бы опять изменить будущее. И представь себе, но в моём мире уже есть одна Чоу. И я даже неплохо к ней отношусь. А может случиться, что мы и там подругами станем. Чоу трясла головой, не соглашаясь. - Ты не должна бояться остаться здесь одна, - ласково уговаривала её Гермиона, заправляя выбившийся тёмный локон волос ей за ухо. - Ведь если у меня всё получится, то и будущее изменится, и не будет больше Волдеморта, а многие погибшие люди вновь будут жить. Такой мир тебе понравится, подружка. Чоу на мгновенье перестала плакать. - Это правда? Так будет? – но вновь её лицо приняло плаксивое выражение. - А если у тебя не выйдет, тогда что? - Тогда я вернусь, и мы вновь будем вместе. Ну, а если не вернусь, то... Чоу, послушай, Гарри нужен настоящий друг. Он так одинок, а ты единственная, кто знает о нём правду и способна понять его. Он наконец-то сможет кому-то доверять. Помоги ему, а он отчасти заменит тебе меня. Два одиноких человека в этом мире должны быть вместе. Хорошо? Прости меня, подружка, но мне надо спешить. Девушки обнялись и долго стояли так, роняя слёзы, словно жизнь кончается, и нет никакого будущего. А кто знает, что их ждёт впереди, и удастся ли Гермионе задуманное? |
| ПОСМОТРЕТЬ ИЛЛЮСТРАЦИИ К ЭТИМ ГЛАВАМ. |
| ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ ФАНФИКА. |
| Выбор глав. |
| Отзыв по главам |
| Вернуться на главную страницу |
Хостинг от uCoz