| |||
|
| глава 25 |
|
Гарри сидел в кабинете Дамблдора.
Он рассказал директору о Сириусе, и сейчас его интересовало только одно. - Профессор Дамблдор, скажите, есть ли какая-нибудь, хоть маленькая возможность того, что крёстного оправдают? Ведь он сражался в Министерстве магии вместе со всеми и умер за нас, как герой. Что толку с того, что он вернулся, если не может даже выйти из дома и вынужден скрываться? Он очень подавлен, часто думает о Рэмусе Люпине, плохо спит. Я волнуюсь за него, ведь это самая настоящая болезнь. Депрессия, кажется, называется. - Конечно, Гарри, Питера Петтигрю нам не найти, чтобы доказать невиновность твоего крёстного, но мы все знаем, что Сириус невиновен. Правда, боюсь это не поможет, ведь в суде необходимы доказательства, а не слова. Только так можно снять все обвинения. Сириус Блэк – это дело особое. Его считают слишком опасным. - Если он жив, но если… - у Гарри мелькнула в голове одна мысль. – Ведь мёртвый человек не опасен, правда? А я, на правах его крестника могу требовать, чтобы хотя бы посмертно с Сириуса сняли все обвинения. Многие видели как он сражался на нашей стороне, из-за чего и погиб. А когда его оправдают, тогда ему можно будет и «ожить». Ведь не станут же на него опять вешать обвинения? Сняли, так сняли, так? - А ты знаешь, Гарри, думаю, ты прав. - заинтересовался Дамблдор. – Действительно, посмертно оправдать человека проще. Пожалуй, я так и сделаю, подам запрос в Визенгамот, и если его примут, я дам тебе знать, когда будет слушанье дела Сириуса. Уверен, что у нас всё получится. Ну, теперь можешь идти, Гарри, думаю, тебе есть чем заняться на выходных. Наверное к конкурсу готовишься? - Нет. Я начисто лишён фантазии и совершенно не знаю, что придумать к конкурсу. Скорее всего, я не буду участвовать, - грустно произнёс Гарри. - Знаешь, я сейчас вспомнил, что когда был ещё мальчишкой, частенько развлекал свою сестрёнку одним несложным, но зрелищным трюком. Я научу тебя ему. Если он и не займет первое место на конкурсе, то, надеюсь, хотя бы понравится людям, - сказал Дамблдор. *** Гарри часто бегал в Визжащую хижину навещать крёстного. Он старался держать всё это в секрете. Кроме Гермионы и Рона, только Хагрид знал о Сириусе, ведь он сам поспособствовал его спасению. Гарри боялся, что если о крёстном узнают многие, то они с Дамблдором уже не смогут хитростью получить для него оправдание. Сириус умирал со скуки. От нечего делать он стал ремонтировать и перестраивать Визжащую хижину. Где-то волшебной палочкой, а где-то и с помощью столярных инструментов (он хотел научиться делать всё сам, лишь бы не бездельничать), и уже изнутри хижина начала иметь вполне приличный вид. - Было бы неплохо заиметь что-нибудь из мебели, - как-то раз, осматривая свою работу, рассуждал Сириус. - Послушай, Гарри, а будет ли у тебя возможность во время зимних каникул добраться до моего старого дома, туда, где сейчас размещается штаб Ордена феникса? Я знаю одно заклинание, оно уменьшает все предметы. С его помощью много чего можно принести. В доме есть несколько предметов, которыми я дорожу. Не мешало бы ещё прихватить несколько стульев, стол, парочку портретов, и … - Кстати, про портреты, - вспомнил Гарри. Ему пришлось рассказать крёстному историю Магды. Тот портрет провидицы, нарисованный его мамой Лили, не давал Гарри покоя, уж очень странным образом он исчез. Парень напрямую спросил об этом Сириуса. - О, это произошло так давно, многое уже забылось. Помню, что иногда у твоей мамы были видения или вещие сны, и она всегда рассказывала о них нам с Джеймсом. В своих снах Лили часто видела эту женщину-предсказательницу из её рода. Как раз во время одного из таких видений твоя мама и нарисовала тот портрет. С тех пор, как Лили повзрослела, она давно уже не видела никаких предзнаменований, а за несколько дней до своей смерти... В этот день она впала в транс и услышала женский голос: «Найди ЕЁ, спаси! Не ты, так кто-то другой, но если ЕЁ не спасти, то зло, угрожающее всем, и с которым будет бороться твой сын, вновь вернётся. Её легко узнать. У неё моё лицо». Рассказывая нам с Джеймсом об этом, Лили вспомнила, как когда-то в детстве, увидев во сне предсказательницу, словно ведомая невидимой рукой, нарисовала её портрет, но затем подарила его подруге Магде. Как назло, Лили не могла вспомнить лица волшебницы, чтобы вновь нарисовать. Я не знал, ни о ком говорилось в предсказании, ни когда это должно произойти, но был уверен, что это настоящее пророчество и очень важное. И ещё я думал, что имея рисунок, у меня будет больше шансов узнать ЕЁ и помочь, если когда-нибудь встречу. Я решил немедленно отправился искать портрет той, лицо которой должна будет унаследовать другая женщина и, в свою очередь, от жизни или смерти которой зависит будущее всех нас. Мне удалось заполучить этот маленький рисунок. Превратившись в собаку, я проник в чужой дом и стащил его. Сейчас я вспоминаю, что твоя пра-прабабка просила Лили спасти тебя, а иначе на земле будет править зло. Она оказалась права, теперь мы это знаем. Значит, этим пророчествам можно верить. - А где тот портрет, Сириус? - спросил Гарри. - Он всё время был в моём доме. Может быть, если поискать, как следует, то можно найти. Мысленно Гарри уже переворачивал вверх дном весь штаб "Ордена Феникса", в поисках портрета провидицы. Ему и так было любопытно взглянуть на своего дальнего предка, а узнав о пророчестве, тем более. - Ой, Гарри, ты не представляешь себе, как мне тут тошно одному, -нарушил его мысли крёстный. - Ты ведь не можешь навещать меня так часто, как мне хотелось бы. У тебя школа, друзья, уроки, а здесь, как нарочно, даже мыши не водятся. Хоть и мерзость, а всё - не один в доме, - жаловался Сириус. - А у меня идея! - придумал Гарри, как можно помочь крёстному. - Я попрошу Хагрида, и он раздобудет тебе какую-нибудь зверюшку. Вот, и не будет тебе скучно. - Давай, - обрадовался Сириус. - Лучше кошку или собаку. Это умные животные, с ними мне будет веселее. |
| глава 26 |
|
- Ребята, - сказал Гарри Рону и Гермионе. - Завтра Дамблдор едет в Министерство магии, чтобы сделать официальный запрос о снятии всех обвинений с Сириуса. А я, вот, думал напроситься с ним съездить в Лондонский дом крёстного. Он просил меня помочь с вещами, а заодно и портрет поищу.
- Знаешь, Гарри, думаю, вместо тебя лучше поехать мне, - сказала Гермиона. - Я всё-таки женщина и лучше разбираюсь в том, что нужно для дома, чтобы он стал уютным и красивым. К тому же, я знаю кучу всяких заклинаний, которые мне помогут всё это, не только уменьшить, но и отчистить от пыли, а заодно и вывести клопов (если они, вдруг, завелись в каком-нибудь из ковров). И за портрет не беспокойся, Гарри, я сделаю всё в лучшем виде. Тут раздался сигнал к началу урока, и ребята пошли к кабинету зельеварения. Как всегда за последнее время, урок прошёл в достаточно тихой манере. Профессора Снейпа словно подменили. Он ни к кому не придирался, никого не отчитывал, и даже поставил «Гриффиндору» двадцать баллов за ответ Невиля, что само по себе было невероятным. Оставшиеся пол-урока ребята писали контрольную работу по ядам, и когда урок закончился, все сложили свои работы на стол преподавателя и пошли на выход. Одна Гермиона никак не могла успокоиться, ей всё казалось, что она мало написала. Свою работу девушка сдавала последней. Гермиона положила лист пергамента на стол профессору Снейпу и уже повернулась уйти, как почувствовала, что он осторожно тронул её за локоть. Она удивлённо обернулась. - Мисс Грейнжер, а я ведь так и не поблагодарил вас за помощь в суде. - Ну, что вы, не стоит, - ответила девушка, смутившись. - Вы всё ещё меня презираете? – он посмотрел ей в глаза грустным взглядом. - А это так важно для вас? - удивилась Гермиона. Он молча кивнул. - Нет, уже нет, - отрицательно покачала она головой. - Я тогда увидела вашу душу. Ведь вы не такой, каким всегда хотели казаться. На самом деле вы умеете страдать и раскаиваться и, может быть даже, любить. - Мисс Грейнжер, если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, то я готов... - Я вас поняла. Спасибо. Девушка хотела поскорее закончить разговор, который её смущал, поэтому она быстро попрощалась и вышла из класса. *** Гермионе удалось уговорить директора взять её с собой в Лондон. Договорившись, что на обратном пути он зайдёт за ней, они расстались у входа в дом Сириуса Блэка. Девушка вошла в прихожую. «Интересно, есть тут кто-нибудь, или никого?» Ей показалось, что слышны какие-то звуки с кухни. Гермиона пошла на звук. Но тут, вдруг, мимо неё пролетела искра от заклинания и ударила в стену позади. Девушка только успела присесть. - Гермиона? - услышала она женский голос. - Что ты тут делаешь? Гермиона подняла голову и увидела, что к ней направляется Нимфадора Тонкс. – Ну, и ничего себе, вы гостей встречаете, мисс Тонкс, - покачала головой девушка. - А я, вообще-то, никого не ждала. Гости без предупреждения сюда не ходят. Или ты, на минуточку, забыла, что это, как бы, военный объект? Всё-таки штаб Ордена Феникса. Меня, между прочим, здесь за охранника оставили. - А если бы вы меня убили? - спросила Гермиона. - Да нет, конечно, я в тебя и не целилась. Так, попугать хотела. Ну, ладно, чего в дверях-то стоять? Пойдём, что ли, на кухню, чайку попьём, да расскажешь чего пришла. Они сидели за столом и пили чай. - Значит, вы подумали, что я Пожиратель смерти? - теперь уже смеялась Гермиона, вспоминая, как она смешно рухнула на пол, пытаясь увернуться от заклинания. - Ну, смешного-то ничего нет, - охладила её Тонкс. - Всяко может быть. О «том – кого – нельзя - называть» давно ничего слышно не было, а это никому не нравится. Зря, что ли, он использовал кровь Гарри, чтобы вернуть себе, потерянное когда-то, человеческое тело? А раз вернул, значит скоро и действовать начнёт. Вот, только мы не знаем, чего он ждёт. Это такая тактика или наоборот? Может, у него какие-то проблемы с этим новым телом? В общем, всем членам Ордена Феникса велено "смотреть в оба", и если что... Короче, быть готовыми ко всему. Затем, вздохнув, Нимфадора добавила: - А вообще-то знаешь, Гермиона, я ведь не только Пожирателей тут жду во всеоружии. - А кого ещё? - удивилась девушка. - Рэмуса Люпина, - грустно и почему-то шёпотом произнесла Нимфадора. - Мне стыдно признаться в том, что я, пожалуй, единственная из всех, кто стал его бояться, после того как он... Ну, в общем, Амоса Диггори... того... - Но ведь он не виноват, все это знают, - попыталась его защищать Гермиона. - Да, я понимаю. Но всех остальных он же не преследовал так, как меня. Рэмус меня любил, ревновал и часто искал встречи со мной. Ну, а я не знаю, можно ли теперь ему доверять. Согласись, было бы обидно, пережить в том году такую битву с Пожирателями смерти, а погибнуть по-глупому от зубов влюблённого жениха-оборотня. - Тонкс грустно вздохнула. - А вы любили его? - спросила Гермиона. - Странно, что ты говоришь о нём в прошедшем времени,– удивлённо приподняла брови Нимфадора. – Ну, что тебе ответить? По настоящему, любовью всей моей жизни был Сириус Блэк. Ведь я с детства его люблю. Мы с ним хоть и из одной семьи, но дальние родственники. А когда Сириус погиб, Рэмус был очень добр ко мне. Он видел, как я страдаю, помог мне пережить эту боль, и я ему за это благодарна. Рэмус очень хороший и дорог мне. Но не могу же я отдать себя ему на съеденье, только из благодарности?! Тонкс умоляюще посмотрела на Гермиону. – Ну скажи мне хоть ты, что я не слишком жестока к Рэмусу. Я прячусь от него здесь уже давно. Думаю, что сюда он теперь не посмеет прийти. - Не бойтесь, Нимфадора, - грустно сказала Гермиона. - Он никогда вас больше не потревожит. И девушка рассказала Тонкс всё о Сириусе и о Люпине. Нимфадора заплакала: - Бедный Рэмус. Я тут сижу, дрожу за свою шкуру, а он жизнь друга спасал, пожертвовав свою собственную. Затем, до неё дошло, что Сириус теперь снова жив, и глаза её засветились счастьем. - Гермиона, я хочу его увидеть. - Сейчас это невозможно. Нельзя привлекать к нему внимания. Дадим ему шанс, быть оправданным и не будем рисковать. Я сама дам знать, когда можно будет к нему приехать. А сейчас, лучше помогите мне собрать вещи для Сириуса. Тонкс побежала искать нужные вещи, а Гермиона решила заняться поисками портрета. «Где же он может быть? Возможно, стоит на одном из столов или комодов?» Она быстро прошла по комнатам и осмотрела все поверхности, на которых мог бы стоять в рамочке небольшой рисунок, но ничего подобного не увидела. Применять манящие чары «Ассио» было неуместно. Ну, что она могла сказать? «АССИО, портрет»? И к ней прилетели бы, не меньше полусотни портретов из разных комнат. Так что, это тоже был не выход. Но тут, она вспомнила, что в доме живёт домовой эльф Кричер. У него есть укромный уголок где-то под лестницей, куда он тащит все, понравившиеся ему, вещи из дома. Девушка направилась к тому месту. Чувствуя себя воровкой, она начала перебирать вещички Кричера, про себя молясь, чтобы он не пришёл. И ей повезло. Портрет она нашла почти сразу. Гермиона посмотрела на него и подумала: «А ведь и правда, женщина с портрета кого-то мне напоминает. Может быть, саму Лили Поттер? Нужно у Гарри попросить её фото для сравнения». Тут появилась Нимфадора с большой сумкой в руках. - Я собрала тут кое-что, надеюсь, мой вкус не подвёл, и Сириусу всё это понадобится. И ещё. Ты не бойся, Гермиона, я никому не скажу о нём. Это и в моих интересах тоже, чтобы его оправдали. |
| глава 27 |
|
Гарри, Рон и Гермиона сидели в кладовке для мётел и рассматривали портрет. Он был небольшой и очень хорошо нарисован. На нём была изображена красивая молодая женщина в старинной одежде и странном головном уборе, из-под которого выбивались белокурые пряди волос.
- А ведь она и правда на кого-то очень похожа, - сказал Рон. - Вам так не кажется? - Да, кажется, - ответил Гарри. - Но на кого, нельзя понять. Портрет небольшой, эта необычная одежда и головной убор... - Действительно, если б не этот дурацкий колпак... - протянул Рон. - Это не колпак, а скорее всего, кокошник, - пояснила Гермиона. - Не понимаю, при чём тут кошки? - отмахнулся Рон. - Вот, я и говорю, что если убрать колпак, да приделать другие волосы, да платье заменить на более современное, и увеличить сам портрет, то может быть, тогда мы и поняли бы, на кого она похожа. - Ну, ты прям как Дадли, помнишь? Он всё пытался изменить Гермиону и сделать из неё блондинку, брюнетку и ещё чего-то там, - вспомнил Гарри. - А ведь это идея! – вскинулся Рон. - Вот пусть нам этот «стилист» и поможет. На рождественских каникулах я поеду домой, а там навещу твоего родственничка. И пусть он мне портретик на своём компьютере и обработает. - За бесплатно Дадли с тобой даже разговаривать не станет, - напомнил Гарри. - Ну, я ведь тоже из семьи коммерсантов, - гордо сказал Рон. - Забыл что ли, чем занимаются мои братья Фред и Джордж? Уж как-нибудь сторгуюсь. - Рон, а может быть, я сам попробую? - спросил Гарри. - А с Сириусом кто останется? Нечего тебе делать в Лондоне, здесь ты нужнее, - отрезал Рон. *** Наступил день рождества. Гарри проснулся и увидел улыбающегося друга. - С рождеством тебя! Получай подарки. Гарри развернул подарок Рона. В свёртке оказались очень хорошие перчатки для игры в квиддич. Ими было удобно, и за метлу хвататься (руки не скользили), и ловить снитч. Жаль только, что в этом учебном году ему не удастся их испытать в деле. От Гермионы он получил в подарок книгу «Анимагия и защита от Анимагов», которую он аккуратненько поставил на полочку, как он делал с большей частью её подарков. Не то, чтобы Гарри не любил читать, а просто не к спеху было. "В какой-нибудь скучный или дождливый денёк, когда нечем будет заняться, как раз Гермионин подарок пригодится", - рассуждал он. Быстренько отдав свои подарки Рону, а потом и Гермионе, Гарри решил, сразу же пойти поздравить двух очень дорогих ему людей. Он бережно вытащил из своего сундука большой свёрток и направился в кабинет защиты от тёмных сил. Но не успел он постучаться, как дверь открылась. - Гарри? А я, как раз, к тебе направлялся. Хотел поздравить и отдать свой подарок, - сказал профессор Диггори. - А я вам свой. Вот, посмотрите, - сказал Гарри, зайдя в кабинет. Он выдвинул на середину класса стул, поставил на него свой подарок и сорвал обёртку. Алан с удивлением увидел ту самую картину, которая висела в магазинчике тётушки Аманды, и из-за которой он потерял покой. - Вы понимаете, профессор, что это портрет вашей настоящей матери, а маленький оленёнок рядом с ней - вы в детстве. И теперь понятно, почему то место казалось вам таким знакомым, и почему запомнилось лицо художницы. Ведь она рисовала вас. Я очень хотел, чтобы этой картиной владели вы. Это было бы справедливо, и я попросил продать её мне, но тётушка Аманда просто так мне её отдала для вас. Глаза Алана Диггори увлажнились. - У меня просто нет слов, Гарри! Это самый лучший подарок, который когда-либо мне дарили. Знаешь, я тебе очень многим обязан. Ты вернул мне человеческий вид и фактически, спас жизнь. Нет ни одного подарка, которым я мог бы отблагодарить тебя так, как ты того заслуживаешь, ну, разве только вот это. Он протянул маленькую коробочку. Гарри открыл её. В ней лежало небольшое, простенькое на вид, колечко, похожее на обручальное. - Это не просто кольцо, Гарри. Оно одно такое. Другого подобного не существует. Сделано известным магом и алхимиком Николасом Фламелем. Ты уже слышал о нём, я думаю. Этим кольцом многие поколения владела наша семья. На человека, одевшего это колечко, не действуют те заклинания, которые когда-либо его касались. То есть, если когда-то в жизни человек испытал на себе действие, например, заклятья «Круссио», то оно больше на него не подействует. Кольцо создаст защитный барьер, и заклинание просто отскочит. Но знаешь, Гарри, почему я решил подарить его именно тебе? - Почему? – заинтересовался Гарри. - Да потому, что только ты один из всех людей испытал на себе заклятье «Авада Кедавра», а значит, ты единственный, кому это кольцо действительно может принести значимую пользу. Смертельное «Авада» для тебя больше не угроза. - Вот это действительно подарок, так подарок, - растрогался Гарри. - Теперь ни один Пожиратель смерти мне не опасен? - Не опасен. По крайней мере, не смертельно, опасен. Следующим в списке был Сириус. Его решено было поздравить всем вместе, но для начала нужно было повидать Хагрида. Ребята постучались в дверь избушки великана. Ещё у порога они поняли, что внутри что-то происходит. - Отдай, маленький негодник! Отдай сейчас же, я тебе говорю! - услышали они голос великана. Затем дверь распахнулась, и на пороге появился он сам, взмыленный, словно пробежал стометровку. - Наконец-то вы пришли! Забирайте поскорее этот «подарочек». Вы не представляете, как я с ним намучился, он мне тут всё изгрыз, и даже мои любимые тапочки с кисточками. Вот, смотрите, еле отобрал! Хагрид протянул ребятам свой огромный тапок, который представлял собой весьма плачевное зрелище. - Да это кто ж его так, крокодил, что ли? Мы же просили, всего-навсего, кошку или собачку для Сириуса, - удивился Гарри. - Да вот он, полюбуйтесь, - наконец-то впустил их в дом, великан. Посреди комнаты сидел маленький щенок и самозабвенно жевал зонтик Хагрида. Это лохматое существо имело светлую шёрстку (только одно ухо было коричневым), а глаза у него были разного цвета: один карий, а другой голубой. Щенок вызывал умиление, и Гермиона сразу же захотела взять его на руки. - Какой хорошенький, а какой маленький! Хагрид, это порода такая миниатюрная или он ещё подрастёт? - спросила она. - «Аллигатор» - его порода! – с кривой улыбочкой ответил Хагрид. Вон, видите, что он творит? А ну-ка, брось сейчас же мой зонтик! Гермиона отобрала зонт и взяла щенка в руки. – Славный пёсик. Да у него же просто зубки растут и чешутся. Ему надо дать погрызть большую кость, тогда он и не станет вещи портить. Ну, я так думаю, по крайней мере, - рассуждала девушка. - В общем, забирайте скорее это добро, и пусть Сириус сам с ним мучается. Скучно ему, видите ли. Вот теперь и повеселится. - Хагрид устало опустился на стул. - А вообще-то из него хороший пёс должен выйти, умный. Я его родителей видал, славные собаки. Ребята поздравили великана, отдали ему свои подарки и, забрав щенка, побежали к Сириусу. Как всегда, крёстный наводил порядок в хижине. Ребята застали его, расставляющим мебель, привезённую Гермионой. - С рождеством, Сириус! - поздравил его Гарри и протянул щенка. - А это наш тебе подарок, нравится? Щенок, пока висел на вытянутых руках Гарри, сделал лужу, но крёстный нисколько не рассердился, а улыбнувшись, сказал: - Ну, вот и славно. Значит, место он отметил, а стало быть, этот дом уже стал и его домом. Добро пожаловать, малыш! - Сириус, а как ты его назовёшь? - спросила Гермиона. - Не знаю пока, ещё подумаю. Как насчёт «Водолаз»? Я смотрю, ему очень понравилось тут лужи делать, - со смехом сказал крёстный. - В общем, если будут какие-нибудь предложения, с удовольствием выслушаю. И ещё, попросите Хагрида, чтобы он иногда мне еду приносил, и для щенка что-нибудь. Что они едят в этом возрасте, молоко? Или уже мясо? |
| ПОСМОТРЕТЬ ИЛЛЮСТРАЦИИ К ЭТИМ ГЛАВАМ. |
| ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ ФАНФИКА. |
| Выбор глав. |
| Отзыв по главам |
| Вернуться на главную страницу |
Хостинг от uCoz