| |||
|
| глава 7 |
|
Наступил день отъезда.
Гарри приехал на вокзал пораньше, чтобы застать Рона и Гермиону ещё не спешащими, по своим делам старост. Издалека он увидел на платформе неполное семейство Уизли: Рона, Джинни и Молли, а рядом Гермиону. Гарри помахал им рукой, и они все радостно замахали в ответ. Рон жестикулировал сильнее всех. Гарри повез свою тележку с багажом в их сторону. Рон обнял друга. – Ну, наконец-то ты пришёл, а то с этими женщинами с ума сойти можно, особенно от их болтовни. Всё о нарядах, да тряпках, ну Джинни ещё и о мальчиках, а Гермиона о книгах, но таких ску-учных, что удавиться можно. - Ронни, сам болтай поменьше, дай и мне поговорить с Гарри, - сказала Молли. Она обернулась к Гарри и обняла его. – Ну, здравствуй, мой мальчик, как ты вытянулся за лето, возмужал. А как здоровье? Ничего не беспокоит? Не болел летом? Питался хорошо? А родные не обижали? Молли задавала вопросы, не успевая получать на них ответы. Она вообще была вся - пружина. Вела себя так, словно за ней вечно гонятся. Оно и понятно, с семерыми-то детьми, только поспевай. Но женщиной она была доброй, и Гарри её искренне любил. - Вот, возьми. Это твои учебники, перья, пергамент, ну и всё что нужно, - продолжала она. - Спасибо большое, тётя Молли, - поблагодарил её Гарри. Учеников к поезду прибывало всё больше, и Гарри рисковал остаться без места. Не дай бог придется ехать в одном купе со слизеринцами. Он распрощался со всеми и пошёл искать свободное купе. Пустые места были, но везде уже было человека по три, а ему хотелось найти что-то посвободнее, чтобы спокойно посидеть, подумать. В предпоследнем купе был только один ученик и Гарри это вполне устроило. - Привет, здесь не занято? - спросил он парня, сидящего у окна. - Свободно. Проходи, - ответил тот. Гарри сел напротив и взглянул на соседа. Парень был темноволосым, как и Гарри. В его тёмно-зелёных глазах отражалась доброжелательность. Пауза затянулась, надо было хотя бы представиться друг другу. - Ты ведь не из «Слизерина», верно? - спросил Гарри. - Не дай бог, - ответил парень. - Я из «Ровенкло». Меня Лиам зовут, приятно познакомиться. - он протянул ладонь для рукопожатия. - А меня… - начал, было, Гарри, но парень его перебил. - Ты что, шутишь? Да кто ж тебя не знает, Гарри Поттер? - Да, конечно, прости, - смутился Гарри. - Я просто раньше тебя не встречал в Хогвартсе, и подумал… - Да ладно, не извиняйся. На самом деле, в школе к твоей славе по-разному относятся. Есть те, кто тебя любит и уважает, а есть и такие, кто тебе не доверяет, а ещё, кто тебя боится или откровенно завидует. Но если тебе интересно моё мнение, то мне ты всегда нравился. Я не из завистливых. Мои родители, простые честные люди – магглы, воспитали во мне уважение к людям. - Магглы? - заинтересовался Гарри. - А с какого ты курса? - С шестого. У Гарри закружилась голова. "А вдруг, это именно он - мой потерянный брат?" Осталось только узнать, не усыновлён ли он, но как? Ведь парень мог быть и не в курсе усыновления. Родители могли от него скрыть эту информацию (тайна усыновления и тому подобное…) Но узнавать как-то надо. Гарри начал разведку, и ему повезло почти сразу. - Родители магглы, говоришь? А в кого же из родни ты пошёл? Может в прабабушку? - А ни в кого. - Так не бывает. Непременно кто-то должен быть магом, хоть дальний родственник. Иначе волшебник у магглов никогда не родится. Может быть твои родители просто не имеют точной информации обо всей своей родне, и тогда ошибочно считается чудом рождение ребёнка-мага у магглов. Например, моя подруга Гермиона тоже из семьи магглов, но её родители оба выросли в детдоме, там и познакомились. Ясно, что они понятия не имеют о своей родне и не знают по какой семейной ветви передались их дочери магические способности. - Да знаю я всё. Просто говорить об этом не люблю. Мои родители не в курсе, что я нашёл и прочитал акт об усыновлении. И я бы не хотел, чтобы до них это дошло. Вот я и не болтаю на каждом углу, что не родной им сын. От тебя они точно не узнают, поэтому и говорю. Честно говоря, я даже рад, что узнал это. Знаешь… все родители любят своих детей, но полюбить чужого ребёнка как родного, это не каждому дано, значит, они люди необыкновенной доброты. Теперь, я их ещё больше зауважал. - Дети чужими не бывают, - сказал Гарри мудрую фразу, сказанную, по словам Магды, приёмным отцом его брата. - Вот-вот, и мой отец любит так говорить, - отозвался Лиам. - Я решил, что когда женюсь, усыновлю кого-нибудь. Это ведь так здорово когда... Но Гарри уже был не в состоянии внимательно его слушать. Казалось невероятным, что он в первый же день нашёл брата. Мысли его работали лихорадочно. «И что мне теперь делать? Какие ещё доказательства понадобятся, чтобы узнать всё наверняка? И что делать потом? Не может же он просто сказать незнакомому парню: «Дорогой Лиам, привет, ты мой брат». А он ответит: «Сам ты с приветом, мне только брата и не хватало». «Нет, мне определённо, не хватает сейчас совета друзей». Гарри не мог нормально вести беседу, потому что думал о своём. Он побоялся, что Лиам заметит, что Гарри невнимательно его слушает и обидится, а начинать настраивать отношения с обид никак не годилось. Тогда, он решил сказать, будто бы очень хочет спать и закрыл глаза. Так он мог спокойно подумать о своём. Поездка была долгой, и Гарри сам не заметил, как заснул. И ему приснилось, словно он идёт по улице, а проходя мимо дома Магды, видит её во дворе. - Гарри, здравствуй, а у нас радость, сына выпустили из тюрьмы. - Я очень рад за вас. И у меня тоже радость. Я брата нашёл. Его зову Лиам, и он... Но Магда удивлённо распахнула глаза и сказала: - Это не он, Гарри. Это не может быть он, Гарри... - Гарри! Он открыл глаза. Над ним стоял Лиам и тряс за плечо. - Вставай, я еле тебя добудился, ты что, всю ночь не спал, что ли? Пора переодеваться, скоро подъезжаем к станции. - Спасибо, Лиам. А скажи пожалуйста, я случаем, во сне не разговаривал? - Вообще-то... не то, чтобы... Мне показалось, ты произнёс что-то вроде «это он» или «не он». В общем, я не разобрал. А почему ты спрашиваешь? С тобой такое часто бывает? Ты разговариваешь во сне? – поинтересовался Лиам. - Да так, иногда. Быстро переодевшись, Гарри посмотрел в окно. - О, подъезжаем. Мы с тобой, ведь, ещё увидимся, Лиам? Ты хороший парень, и я был бы рад ещё с тобой пообщаться. Ты не против? – спросил Гарри. - Я тоже был бы рад, – согласно кивнул его попутчик. *** Поезд подъехал к станции Хогсмид, и Гарри вышел на платформу. «Рона с Гермионой не дождёшься, они будут рассаживать учеников по каретам». Подумал Гарри. И тут, он увидел Хагрида. Тот, как всегда, пришёл встречать первоклашек, чтобы по традиции отвезти их к школе на лодке. Гарри подбежал к нему. - Хагрид, дорогой Хагрид, как я по тебе соскучился. У меня так много новостей и мне не терпится тебе всё рассказать. Как – нибудь мы придём с Роном и Гермионой к тебе в гости и всё расскажем. Хагрид, а не мог бы ты и меня взять в лодку? А то мне одному без друзей скучно ехать, а у них дела. - Я с радостью, Гарри, хоть и не положено. Но если первачков будет мало и в лодке останется место, то я и тебя прихвачу, так и быть. Жди здесь. Великан пошёл собирать малышей. Гарри повезло, и он взял его в лодку. - Хагрид, а скажи, ты что-нибудь знаешь об Арке Забвения, той, что находится в Министерстве магии и в которой пропал мой крёстный? - спросил его Гарри по пути. Великан, налегая на вёсла, задумался. - А что собственно тебя интересует? - Да всё, что возможно. Что там, за ней, за пределами Арки? Что случается с человеком, попавшим туда? Он умирает или не совсем? И ещё, есть ли какой-нибудь способ оттуда выбраться? - На эти вопросы смог бы ответить человек, освободившийся из плена Арки или привидение, которое там побывало. Но, насколько я знаю, выбраться оттуда невозможно. Хотя, может, я просто мало знаю? Ты бы поговорил с Дамблдором. - Я уже говорил с ним много раз, но он постоянно отвечал одно и то же, что все попытки освободить кого-либо из плена забвения всегда заканчивались неудачей. Почему? Ведь если были попытки, значит должны быть и способы, возможность это сделать. Ведь так, по логике? Почему же Дамблдор ни разу не назвал мне ни одного способа, которым я мог, хотя бы сделать попытку, пусть и неудачную, спасти Сириуса? - в отчаянии спрашивал Гарри. - А может, эти способы из особо-чёрной магии, и детям знать их не положено? - отвечал Хагрид. Тут Гарри почувствовал, как кто-то дёргает его за рукав. Он обернулся. Это была маленькая первоклассница. - Эй! А чего это твой карман светится? - спросила она. - Что? - Гарри засунул руку в карман школьных брюк и достал оттуда зеркальце Сириуса, которое до этого переложил туда в поезде. Оно, действительно, слабо светилось мягким, зеленоватым светом, слегка пульсируя. Свет проник через тонкую ткань летних брюк, и девочка это сразу заметила, о чём и сообщила. - Невероятно, Хагрид, но уже второй раз случается, что как только я вспоминаю о крёстном - со стеклом этого зеркала что-то происходит. Это совпадение или как? Ведь это Сириус подарил мне его. Может ли это быть знаком от крёстного? К тому времени, немного померцав, зеркальце уже погасло. - Это совпадение станет закономерностью, если повторится ещё раз, - мудро рассудил Хагрид. - Хотя занятно, занятно... Весь оставшийся путь Гарри вглядывался в своё зеркальце, думая о Сириусе, но ничего больше не происходило. |
| глава 8 |
|
Гарри встретил своих друзей только на церемонии распределения. Новых учеников в этом году было не много. Но он отметил ту малышку, что разговаривала с ним в лодке. Её звали Анджела, и распределительная шляпа отправила её в «Слизерин».
«Ой, ну какая несправедливость», - подумал он - «Такую милую девчушку с ангельским именем отправить в этот гадюшник …» Затем Дамблдор сделал специальное объявление. Он представил залу Амоса Диггори, который, как все знают, был отцом Седрика Диггори, погибшего чуть больше года назад от руки Волдеморта. Амос был организатором конкурса на звание лучшего волшебника школы, который должен был проходить в Хогвартсе в этом году. В общих чертах, это был конкурс талантливых учеников, которым есть что показать необычного. Если в простой школе магглов на конкурсах дети поют, танцуют и показывают гимнастические упражнения, то в Хогвартсе это должен быть красивый магический трюк, который бы всех удивил. Предусматривались подарки, сценические костюмы и декорации, которые финансировал сам мистер Диггори. Это было его желание в честь погибшего сына. В зале была поставлена урна для заявок тех, кто желает принять участие. В этом году из-за конкурса отменили игру в квиддич. Так уже было, когда проходил Тремудрый турнир. Решили, что одного мероприятия будет достаточно, ведь студентам придётся готовить своё выступление, а тренировки отнимают много времени. Затем Дамблдор представил всем нового преподавателя по защите от тёмных сил. Им оказался старший сын Амоса Диггори и брат Седрика - Алан Диггори. Это был красивый, статный мужчина, лет тридцати. При его, странного оттенка, бежевых волосах он имел тёмно-карие выразительные глаза, обрамлённые густыми светлыми ресницами. «Очень необычная внешность» - подумал Гарри. «У него взгляд как у лошади, какой-то преданный и слегка наивный. Значит человек он добрый. Есть даже пословица: Глаза - зеркало души». - Что ты думаешь о новом учителе, Гермиона? - спросил Гарри. - Краса-авец, гораздо лучше Гилдероя Локхарта, – мечтательно протянула подруга, подперев подбородок кулачками. Затем спохватилась. – А? Ты что-то сказал, Гарри? - Я спрашиваю, что ты думаешь о новом преподавателе? По-твоему, он добрый или зверь как Снейп? Может, внешность его обманчива? - Ну, я слышала, что он очень талантливый маг. Он обучался в высшем учебно-магическом заведении где-то заграницей, подавая большие надежды в плане развития магических наук и даже написал несколько книг и учебников для школы. Но, говорят, ему пришлось оставить большую науку по состоянию здоровья, и он ушёл преподавать. Наша школа не первая, где он работает. - А что с ним? – тихо полюбопытствовал Гарри. - Точно неизвестно, но слухи ходят, что у него случаются какие-то жуткие приступы головной боли. Что-то вроде сезонной мигрени, где-то в весеннее время года, – ответила подруга. - Да, что ж они все такие больные-то? – вступил в разговор Рон (по счастью, он не слышал восторженного восклицания Гермионы по поводу внешности нового преподавателя), – Все учителя по защите не совсем здоровы. Вы вспомните, ну? Сквирелл заикался, Локхарт и так был не в себе, а под конец, вообще свихнулся. Люпин, ну вы сами знаете, кем был, а Шизоглаз Хмури, если забыть на минуточку, что его изображал приспешник сами-знаете-кого, был одноногим и одноглазым. Вот, действительно, проклятая должность. А может, зря Дамблдор отказал Снейпу в этой должности? Глядишь, и он бы окривел? - Ну, допустим, не все учителя были больными. Амбридж, в том году, была здоровой как конь, – заметил Гарри. - Ха! Как конь, а может как кентавр? Помнишь, как они её тогда потрепали? Нет, верно говорят, что должность проклята. Может, и этот того… Чего он болеет-то, на вид такой здоровый? Может он тоже какой-нибудь оборотень? Или же с ним что-нибудь случится к концу года, как со всеми, - рассуждал Рон. - Типун тебе на язык, Рон, – испугалась Гермиона. – Перестань каркать, а то и впрямь, беду накликаешь. - А чего ты завелась? Ты же не веришь во всякое такое и разные предсказания. Ты даже прорицания бросила, – ответил Рон. - Послушайте, – заговорил Гарри. - Мне надо вам кое о чём рассказать и спросить совета. Как только банкет закончится, пойдёмте поищем местечко поукромнее, что б поболтать можно было как следует, без свидетелей. - Ну, чего тут думать? К Хагриду пойдём, – предложил Рон. – Ему, всё равно, рассказать всё надо, может чем-нибудь поможет или посоветует чего? *** С картой мародёров в руках и под мантией невидимкой они пробрались в избушку Хагрида. Попивая чаёк из безразмерных кружек, ребята наперебой стали рассказывать историю Гарри. Рон, любивший приукрасить, самозабвенно завирал, как жестокий мучитель Дадли целый день пытал бедную сову, пока Гарри не принес ему деньги. Да так, что она теперь уже больше никогда не взлетит. - Ах, он негодный! – вскричал Хагрид, до умопомрачения любивший животных. – Мало ему было поросячьего хвостика, так я ему ещё и ослиные уши приделаю! Где мой зонтик? Ребята знали, что зонтик Хагрида - это только маскировка. На самом деле зонтик - его гигантская волшебная палочка, которую ему, как волшебнику-недоучке, в общем-то, запрещено использовать. Гарри и Гермиона еле-еле успокоили великана, объяснив, что на самом деле, не так уж всё и страшно. Просто Рон – любитель приукрасить события. Хагрид недоверчиво посмотрел на Гермиону. Рон виновато уткнутся лицом в необъятную чашку, и сделал вид, что усердно пьёт чай. - Ну, Хагрид, подумай сам, – увещевала его девушка. – Если бы сова не могла летать, как бы она доставила Гарри деньги? Логично? Великан заметно успокоился, но, покосившись на Рона, сопевшего в чашку, всё-таки велел на днях принести к нему сову для осмотра. - Нет лучшего ветеринара, чем я, – сказал он – И, даже если она вполне здорова, небольшая проверка не повредит. Гарри решил перевести тему и рассказал о знакомстве с Лиамом. И теперь ему нужен совет: как быть? Сказать ровенкловцу о том, что он может оказаться братом Гарри или пока не говорить, а собрать побольше сведений и доказательств? - Ну, если этот мальчик – хороший парень, может, и не надо ничего выяснять? Дружи с ним и всё, – посоветовал Хагрид. – Какая разница брат он тебе или нет? Но Рон запротестовал: – Как это, какая разница? Если так рассуждать, то и родственники не нужны будут. Дружи со всеми подряд и всё, и будет одна большая дружная семья. Да? Если так всё просто, то я первый к Гарри в братья запишусь. Но ему-то важно знать правду. Ведь тот парень тоже сын Гарриных родителей. Я представляю, как Гарри хочется заглянуть в глаза брату и представить себе мамины или папины глаза! Гарри с благодарностью взглянул на друга. Он в точности высказал его собственные мысли, которые сам ещё не мог толком оформить из-за неразберихи в голове. - Ну, в таком случае, – заговорила Гермиона. – Я считаю, что тебе надо откровенно поговорить с Лиамом. Расскажи ему основное, без лишних подробностей, не упоминая тётю или Магду. Спроси у него самого совета: может ли быть такое, что он твой родной брат? Гарри было страшно принять такое решение, но другого выхода не было. Он вынужден был признать, что его подруга права и, как только представится возможность поговорить с Лиамом, он это сделает. И всё же, до того как идти на такой серьёзный разговор, Гарри решил сделать ещё одно уточнение и послать сову с письмом Магде. В письме он написал, что на верном пути в своих поисках. И спросил, не вспомнит ли она какую-нибудь важную деталь, которая могла бы ему существенно помочь. Может быть, у ребёнка были родимые пятна. Или, ещё лучше, не вспомнит ли она имя приёмной матери ребёнка? После чего он отослал письмо с Хедвигой. *** Учебные дни шли своим чередом. Преподаватель по защите от тёмных сил Алан Диггори оказался отличным парнем. На своих уроках он любил, и пошутить и порадовать ребят какими-нибудь интересными рассказами о магии и магах, приводил разные любопытные примеры и случаи по теме и без. Гермиона была в восторге. На этих уроках она полностью удовлетворяла своё любопытство и тягу к знаниям. Защита от тёмных сил стала теперь её любимым предметом. Гарри и Рон тоже полюбили нового преподавателя. Рон даже не ревновал к нему Гермиону, что само по себе уже было удивительно, так как обычно он ревновал её ко всем подряд, разве что, кроме Гарри и своих братьев. Остальные уроки проходили, как обычно. Профессор Снейп, как всегда, постоянно придирался ко всем кроме отличницы Гермионы. Одно было хорошо - теперь занятия по зельеварению "Грифондор" проводил вместе не со слизеринцами, а с ровенкловцами. И Лиам был здесь, на расстоянии вытянутой руки, но Гарри всё ещё не заговаривал с ним о наболевшем, он ждал ответа от Магды, и вскоре он пришёл. Одним пасмурным утром лил противный холодный ливень, и даже на улицу не хотелось выходить. А ведь сегодня первым уроком была гербология, и пришлось бы тащиться к теплицам под проливным дождём. Позёвывая, Гарри вяло завтракал. Такая погода навевала на него сон и отбивала аппетит. Но тут, наступило время доставки почты. Среди множества сов он увидел свою «белоснежку», как он иногда, ласково называл свою сову за белоснежный цвет. К её лапке был привязан листок бумаги в клеточку, вырванный из тетрадки. Основательно размокший, он имел жалкий вид и грозил расползтись по частям, поэтому его было страшно отвязывать. - М-да, это тебе не пергамент, - заметил Рон. – От кого это? - Думаю, что от Магды. Кто ещё как не магглы пишут письма на таких листках? Убери руки, Рон, а то всё развалится, - Гарри прикрыл письмо ладонью. Гермиона придвинулась поближе. – Дайте я разверну. Для такой деликатной работы нужны тонкие женские пальчики. Она аккуратно развернула, скрученное в трубочку письмо, и положила на стол. Гарри постигло разочарование. Чернила сильно растеклись, и начала фразы совсем нельзя было разобрать. Но слова на нижнем крае листка, который был более туго скручен и от этого размок поменьше, были еще понятны. «……………………… архив больницы…………. не работаю там, но я постараюсь…………. P.S. Где можно купить почтовую сову?» - Ну вот, – протянул Рон. – Ничего толком не ясно. Мы так и не поняли, мог бы быть Лиам твоим… Ну, ты сам понимаешь, – понизил голос друг. - А, по-моему, на всякий случай, нужно проверить и других мальчиков-шестикурсников, усыновлённых магглами, – добавила Гермиона. - Говори потише, Гермиона, а то нас кто-нибудь услышит. Вон, моя сестра уже третий раз мимо нас прогуливается. Я знаю её, это неспроста, – покосился Рон на Джинни, проходившую мимо. - Не наговаривай на Джинни, Рон. У тебя отличная сестра, и она это доказала. Или ты забыл, как в том году мы Гаррино пророчество все вместе выручали? - вскинулась Гермиона. - Ну, ладно-ладно, мне показалось, – примирительно сказал Рон. – А зачем ей сова-то? - Кому, Магде? - спросил Гарри. – Ну, наверное, ей понравился этот способ пересылки писем. Вот только, купить почтовую сову она не сможет. У магглов такие не продаются. А знаете что? Я сам подарю ей сову, вот хотя бы, на рождество. Как вы считаете? - Ну, конечно подари. Она хорошая женщина. Твой брат ей жизнью обязан, - сказала Гермиона. |
| глава 9 |
|
На уроках превращений в этом году у них была новая интересная, но сложная тема: «Анимагия и превращения живых существ».
- Анимагия, - объясняла профессор Макгонагол, – это интересное и сложное искусство, которым дано владеть далеко не каждому волшебнику. Некоторые из вас уже слышали термин "Анимагия". Кто может дать этому объяснение? Гермиона, как всегда, вскинула руку, но профессор остановилась напротив парты, где сидели Гарри с Роном. - Я думаю, ты, Гарри, сможешь объяснить нам, что это такое. Насколько я знаю, твой крёстный, геройски погибший спасая всех нас, как раз владел этим искусством. - Да, профессор, – парень встал. – Я знаю, что Анимаг – это маг, который силой магии и силой воли может свободно и по своему желанию превращать себя в животное и обратно. - В общем верно, садись. Плюс двадцать баллов факультету «Грифондор». Моя задача не сделать вас Анимагами, а ввести, как говорится, в курс дела и объяснить в общих чертах, что это такое. Потому как стать Анимагом очень сложно, и только сильные волей и способные маги смогут это. Однако, если кто-то из вас заинтересован попытаться выучиться на Анимага, то милости прошу в мой факультативный кружок по субботам. Ещё важно знать, что любой, только что выучившийся Анимаг должен непременно зарегистрироваться. Те, кто уходит от этой обязанности может подвергнуться наказанию. За это, конечно, в тюрьму Азкабан не посадят, но могут быть неприятности. Один из учеников поднял руку. Профессор Макгонагол кивнула. - А разве Анимаг и Аниформ не одно и то же? – спросил он. - Вы, молодой человек, затронули другую, но не менее интересную тему превращений живых существ, - отвечала преподаватель. - Если Анимаг, по сути своей человек, то Аниформ напротив - животное, которое только Анимаг способен превратить в человека. Но здесь существует множество оговорок. Во-первых, объектом превращения может стать только такое животное, в которое способен превращаться и сам Анимаг. Во-вторых, заклинание «вызова Патронуса», которое отгоняет Дементоров, но имеет, как правило, форму зверя, тоже должно совпадать с натурой Анимага. И это важно, поскольку единственный способ вернуть превращенному животному опять своё обличье – это как раз использование заклинания Патронуса, впрочем, не обязательно произнесённое Анимагом, лишь бы оно имело вид именно этого зверя. В-третьих. Не получится полноценного человека из взрослого животного, это будет нечто напоминающее сумасшедшего и, кстати, делать это более чем на несколько минут запрещено законом. А вот из детёнышей зверей есть огромный шанс получить и воспитать полноценного и умного человека. А поскольку такой человек получается в результате магии, то, как правило, из них вырастают отменные волшебники. Нет нужды говорить, что не стоит использовать для этих целей животных с низким интеллектом или насекомых. Лучше это делать с такими животными как собаки, кошки, медведи и крупные копытные животные, например, коровы, лошади, ну и тому подобное. Макгонагол замолчала, но тут руку подняла Гермиона. Её давно интересовал один вопрос. - Скажите, профессор, а можно ли превращать в человека полулюдей, таких как кентавры или русалки? - Вопрос этот очень кстати. Да, можно. А самое любопытное в том, что, например кентавра, являющегося наполовину лошадью, никаким способом нельзя превратить в лошадь, но зато сильный маг легко может придать ему человеческий облик. А все потому, что в этом случае задняя лошадиная часть является вспомогательной, и с точки зрения физиологии ничем не отличается, ну, скажем, от туловища лося. Замени кентавру заднюю часть, и он не почувствует особой разницы. А вот, если головную часть заменить, например, на обезьянью, то такое существо может и погибнуть. Поэтому понятно, что самое главное в этом - голова. Голова человека, значит кентавра или русалку можно превратить только в человека. В животное превратить их нельзя, а также,они не способны сами обучиться анимагии. Такие люди, созданные из полу-людей, называются Полу-аниформами. - Я подумала, - шепнула Гермиона Гарри. - А почему бы, нашему преподавателю предсказаний кентавру Флоренцу не стать человеком? Всё равно из стаи его прогнали и никогда не подпустят к запретному лесу ближе, чем на сто метров. И что ему в таком виде среди людей маяться? - А ты ещё ему об этом скажи, - встрял Рон, – что тебе его вид не нравится. Вот он обрадуется-то! Гермиона спорить не стала. Когда урок закончился, ученики высыпали в коридор, но не спешили расходиться. Многие из них обсуждали возможность стать Анимагом. Гарри был также очень заинтересован стать Анимагом, как его отец и крёстный Сириус, но сомневался, получится ли у него. - А почему же не получится? - спросила Гермиона. – Ты очень способный волшебник, и заклинание вызова Патронуса, такое сложное, ты одним из первых освоил, да ещё и научил многих из нас. - Ну, тогда я буду ходить на занятия Макгонагол, - согласился Гарри и спросил друзей: – А вы? - А я, вот, решила поучаствовать в конкурсе на звание лучшего волшебника школы, - сказала Гермиона. - Правда? А ты уже знаешь, какой номер будешь исполнять? - поинтересовался Гарри. - Есть задумка, - уклончиво ответила подруга и хитро улыбнулась. – А ты, что же, неужели не будешь участвовать? - Да я бы с удовольствием, но даже не представляю, чем удивить зрителей. - пожал Гарри плечами. - А ты посоветуйся с кем-нибудь из преподавателей, - подсказала подруга. |
| ПОСМОТРЕТЬ ИЛЛЮСТРАЦИИ К ЭТИМ ГЛАВАМ. |
| ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ ФАНФИКА. |
| Выбор глав. |
| Отзыв по главам |
| Вернуться на главную страницу |
Хостинг от uCoz