| |||
|
| глава 19 |
|
Тем же рождественским вечером Гарри сидел в гостиной «Гриффиндора» и писал письмо:
«Привет Дадли. Поздравляю тебя с Рождеством. Чего новенького изобрели Фред и Джордж? И вообще, какие новости? Хотел попросить тебя об одолжении. Мне необходимо узнать один Лондонский адрес. Из исходной информации у меня только номер телефона и фамилия. Если сможешь что-нибудь выяснить, пошли мне ответ с Хедвигой. Передавай от меня привет близнецам. Твой кузен Гарри». В конце письма Гарри указал номер телефона Лиама, надписал адрес получателя «Магазин волшебных приколов Уизли», скрутил письмо в трубочку и направился в совяльню за Хедвигой. *** Макнейр шёл по коридору психиатрического отделения больницы Святого Мунго и размышлял: «Это хорошо, что щенок Малфоя опять выслужился перед Тёмным лордом. Может быть, Господин выберет всё-таки его для своего перерождения? А то было бы обидно, столько лет искать сына, а найдя, сразу же потерять. Нет, не такой судьбы я желал Лиаму». Из-за новости, услышанной от Драко, Волдеморт опять потерял покой. Да, есть опасность, что Алан Диггори узнает, каким способом избавился от кристалла бессмертия тот мальчишка, и испробует этот метод на своей дочери, с тем, чтобы и её лишить кристалла. А уничтожение его отнимет у Тёмного лорда последнюю надежду на жизнь. Лорд пожелал узнать эту информацию раньше, чем ею завладеет Диггори. Он дал очередное задание своему верному палачу. Нужно было разыскать того мальчика, теперь уже мужчину, и расспросить его хорошенько о том, как он потерял своё бессмертие. Не так сложно было найти сына Аниформа и Вейлы. Но тот факт, что нужный человек находился в отделении для умалишённых, наводил на мысль, что одним разговором здесь не отделаешься. Макнейр - единственный из Пожирателей смерти, кто обладает даром гипноза и легилименции одновременно. Именно такое сочетание идеально подходит для беседы с чокнутыми. И если у него всё получится как надо, то Лорд его наградит. В этот раз Макнейр рассчитывал получить в награду от Волдеморта обучение окклуменции. Да, палач прекрасно читал чужие мысли, но не мог закрывать свои собственные от вмешательства извне. А это ему очень пригодилось бы. Что ж, он уж постарается выполнить эту миссию так, как надо. Макнейр увидел, как навстречу ему идёт молодая красивая целительница. Поравнявшись с ней, он спросил: - Могу ли я повидать Гильдероя Локхарта? - Но почему так поздно? В это время посещения запрещены. И как вы, вообще, сюда попали? - Но ведь сегодня рождество. Я его родной брат, и он мне очень обрадуется. Возможно, увидев меня, он пойдёт на поправку. Дело в том, что этой ночью я уезжаю навсегда из города и очень хотел бы повидаться с ним. - Вообще-то, сегодня он не в очень хорошем состоянии... - засомневалась Лорана. - Но если ненадолго, то можно, - согласилась она. Макнейр с кривой улыбочкой на губах слегка наклонил голову в знак благодарности. Лорана открыла перед ним дверь в палату и зашла первая. Локхарт лежал в постели, глядя в потолок и не обращал на них внимания. Он что-то шептал себе под нос. - Ещё раз напомню вам, не слишком утомлять пациента, - взглянула целитель на посетителя. - А как, вообще, его самочувствие? - заботливо спросил Макнейр, внимательно разглядывая больного. - Есть шанс на то, что он поправится и станет полноценным человеком? - Ну, что вам сказать? В последнее время память его улучшилась. Он вспомнил многое из своей прошлой жизни, но, к сожалению, состояние его неизменно. У него по-прежнему слабоумие. Боюсь, что даже если к нему полностью вернётся память, это не поможет ему поумнеть. А во всём виновата сломанная волшебная палочка, которая его изувечила. Никто не знает, каким образом она повлияла на его мозг, отразив обычное, неопасное «заклинание забвения». - Значит, этот несчастный будет вынужден прозябать здесь до скончания своих дней? Нехорошо, - неискренне посочувствовал пациенту Макнейр. Он наклонился над кроватью Локхарта, затем обернулся и спросил: - А вы, что же, так и будете у меня за спиной стоять и не дадите мне спокойно с ним поговорить? - Я не имею права оставить вас одного с тяжелобольным пациентом, – сказала Лорана. - Извините, но я буду присутствовать. Макнейр опять криво улыбнулся. - Ну, тогда уж, и вы меня извините… И он молниеносно выкинул в её сторону руку с волшебной палочкой, произнося заклинание оцепенения. Лорана и моргнуть не успела, как все её члены сковало, словно тяжёлым чугунным панцирем. Она не могла даже позвать на помощь, так как язык её стал весить, наверное, пудов сто. Лорана чувствовала, что падает. Макнейр придержал её от падения, затем аккуратно положил на пол, там же, где она стояла. - Не хорошо, если такая красотка разобьёт себе голову. Я делаю только свою работу, и лишние жертвы мне не нужны. По крайней мере, пока... а там посмотрим по ситуации. Затем, он повернул в дверном замке ключ на два оборота и вернулся к постели Локхарта. Сосредоточив на нём взгляд, он сказал: - Помотри на меня. Гильдерой перестал что-то шептать и взглянул на Макнейра. - Папа? У тебя чёрные волосы. Это ты, папа? Ты опять пришел? Ты обещал забрать меня отсюда. «Чёрт!» - выругался про себя Макнейр - «Кто ещё к нему приходил? Неужели Диггори? Нет, он блондин. Так, кто же навещал нашего больного? Если кто-то узнал об этом деле слишком много, то Хозяин меня за это по головке не погладит. Ладно, потом расспрошу девчонку», - и он покосился на Лорану. - Успокойся, сынок, я заберу тебя отсюда, обещаю. А теперь, ты должен мне кое-что рассказать. Ему хватило нескольких секунд, чтобы погрузить Гильдероя Локхарта в гипнотический транс. *** Северус Снейп спал в своей постели и ему снился странный сон. Он видел больницу Святого Мунго, палату Локхарта, где они недавно были с Аланом Диггори и человека в черной мантии, склонившегося над кроватью пациента. Человек повернулся в полупрофиль и Северус узнал в нём палача Макнейра. «Что делает здесь Пожиратель смерти?» удивлённо подумал Снейп. Северус знал его уже давно, ещё с тех времён, когда и сам по глупости вступил на кровавый путь приспешника Тёмного лорда. Но, спасибо Дамблдору, он сейчас здесь, сожалея о своём прошлом, а Макнейр и другие Пожиратели всё ещё там, с Волдемортом, и им это нравится. Снейп знал коварство Макнейра. Если он в больнице, то жди беды. Однако его взяло сомнение: « Неужели это мне только снится?» - подумал Северус. Уж больно ярко ему всё виделось, к тому же он не утратил способности рассуждать. И словно в ответ на свой вопрос, он услышал голос Лораны Флавиани, эхом отдающийся в его голове: - Мистер Снейп! Мистер Снейп! – звала она. - Я надеюсь, вы слышите меня. Я бы вас не побеспокоила так поздно, но это очень важно. Нашего пациента разыскал какой-то опасный человек и сейчас пытается его допросить. Он задаёт ему вопросы на ту же тему, что и вы в тот раз. Меня он обездвижил, и я не знаю, каковы его дальнейшие намерения. Не могу сказать, что он сделает, когда добьётся своего, возможно, он меня пощадит. Или убьёт? Неважно. Главное, что сейчас я имею возможность мысленно проникнуть в его голову и услышать всё то, что он читает в мыслях пациента. А у вас есть возможность, с моей помощью побывать на «сеансе», не выходя из своего дома. Слушайте же… Путём легилименции Лорана проникла в мысли ночного посетителя, читая в его голове воспоминания Гильдероя, и одновременно вещая их в пространство мистеру Снейпу. Мысли Локхарта отдавались в голове Северуса так, словно тот находился в комнате рядом с ним. *** Допрос был нелёгким. Гильдерой несколько раз принимался биться головой об подушку, вспоминания самый страшный день своей жизни. Но, ловко применяя попеременно гипноз и палочку для успокоения больного, Макнейр добился-таки своего и облегчённо вздохнул: «Ну вот, дело сделано. Значит, всё-таки, "электричество"... Тёмный лорд так и предполагал». - Папа? А теперь ты заберёшь меня отсюда? - плаксиво спросил Локхарт. Макнейр посмотрел на него с каким-то грустным сочувствием и сказал: - Тебя всё равно здесь никогда не вылечат. Так, что же зря время терять? Пойдем, сынок, домой. Я забираю тебя отсюда... И, приложив волшебную палочку к его груди, палач тихо прошептал: - Авада Кедавра… Тело пациента дёрнулось и замерло. В открытых глазах его застыл покой, а на губах детская улыбка. Возможно, в последний свой миг он видел себя мальчиком, уходящим отсюда за руку с отцом домой к маме. И может быть даже, хоть мгновение, он был счастлив? Палач взял в руку фульгурит на шнурке, висящий на шее убитого. «Занятно. Этот камень был создан тем же способом, что уничтожил другой камень - Кристалл бессмертия». Он зажал фульгурит в кулак и с силой рванул шнурок, сорвав его с шеи Локхарта. «Чтобы ничто и никого не навело на мысль об этой молнии…» - прочла, промелькнувшую в его голове мысль, Лорана. Она поняла, что теперь пришёл её черёд. « Этот убийца собирался, кажется, меня допросить». Лорана оцепенела от ужаса и думала только об одном: «Хоть бы он вообще забыл о том, что я здесь лежу. Мало ли, что тут валяется? Ну, забудь же обо мне! Забудь…» Но ночной посетитель медленно подошёл к ней и, наведя на неё волшебную палочку, произнёс: - А теперь, красавица, я потолкую с тобой. У меня есть масса вопросов. И советую тебе быть поразговорчивее, а иначе… Но тут, дверь палаты с оглушительным треском распахнулась, и на пороге появился человек в чёрной мантии с капюшоном, накинутом на голову и прикрывающем лицо. Он с порога прокричал заклинание, направив палочку на Макнейра, и того силой мощного заклятья отбросило назад. Он ударился об оконную раму и, увлекая за собой осколки разбитого стекла и оборванные занавески, полетел из окна вниз. *** Человек склонился над Лораной, произнёс заклятье, освобождающее её от оцепенения, и откинул капюшон со своего лица. - Мистер Снейп?! - удивлённо воскликнула она. – Но, как вы здесь оказались? - Вообще-то, я аппарировал. Я ведь всё-таки волшебник, – слегка улыбнувшись, ответил он. Она приложила руки к вискам. - Ой, что это я? Совсем ничего не соображаю, - но тут же вскочила и подбежала к пациенту. - Он убил его! - сквозь слёзы произнесла Лорана. - Но кто же это был? Почему он это сделал? - Это Пожиратель смерти, очень опасный человек и приспешник Волдеморта. Если бы я вовремя не успел, кто знает, чем бы для вас всё это закончилось. Способность легилименции на расстоянии спасла вам жизнь, но вы уверены, что он не понял, как кто-то копается в его мыслях? Иначе, он будет преследовать вас, ведь вы узнали то, чего не должны были знать. - Нет, он ничего не понял. Люди, не владеющие блокировкой мыслей, не способны понять, что кто-то влез к ним в голову и читает их. А он несколько раз вспоминал о том, как рассчитывает вскоре получить способность окклуменции. То есть, сейчас он ею не владеет. Но… откуда вы знаете об этом человеке так много? - вдруг спросила Лорана, внимательно посмотрев на Снейпа. Тот молча поднял правый рукав мантии и обнажил перед ней Чёрную метку Пожирателя смерти. Лорана тихо ахнула, прижала руку ко рту и подняла на него широко открытые глаза. Снейп покачал головой. - Это всего-навсего ужасная ошибка моей молодости. С той поры много воды утекло, но мне до сих пор стыдно за мою глупость. К сожалению, время нельзя повернуть вспять, а можно только искупить свою вину добрыми делами. Я уже давно не с ними, но они всё ещё помнят меня. Лорана успокоилась. Она почему-то сразу поверила этому человеку. – Поэтому вы были в капюшоне, чтобы Пожиратель смерти не узнал вас в лицо? Снейп кивнул головой. - Почему я так откровенно показал вам свою метку? Наверное, потому что от вас невозможно что-либо скрыть, ведь вы легилимент, как и я, а начинать отношения нужно доверяя друг - другу. - Отношения? Что вы хотите сказать? - Ну, ведь мы не в последний раз видимся? Я ещё должен обучить вас гипнозу, как вы и хотели? - улыбнулся ей Снейп. «Он читал мои мысли!» - удивлённо подумала Лорана. «Да, читал, и буду продолжать читать. Мне нравятся ваши мысли, особенно если они обо мне», - мысленно ответил ей Северус. А она улыбнулась ему в ответ, слегка покраснев. |
| глава 20 |
|
«Неужели, даже в рождество мне не удастся повидать отца? Грустно ему в одиночестве справлять праздник, ведь маму он отправил к родственникам, подальше от Макнейра и его угроз», - думал Лиам, лёжа на кровати в своей маленькой келье, которую занимал в те дни, когда его призывал к себе Волдеморт.
«Интересно, а Пожиратели отмечают рождество?» Религиозный праздник никак не вязался в голове Лиама с этими грешниками. Но оказалось, что семейство Малфоев всё-таки позволило себе небольшую посиделку за общим столом, пока Тёмный лорд «почивал». Резко распахнув ногой дверь, в комнатку ввалился Драко. - Ну, чего разлёгся? Не у себя дома! Тебя сюда не дрыхнуть позвали. Подъём! - заорал он. - А стучаться тебя не научили, прежде чем кого-то побеспокоить? А если я не одет? – хмуро спросил Лиам, приподнявшись на одном локте. Он и не собирался послушаться Драко, но разговаривать с врагом в горизонтальном положении было небезопасно. Ведь Малфои и их «приятели» не из тех, кто «не бьёт лежачего». Наоборот, стараются «пнуть» посильнее, пользуясь беспомощным состоянием соперника. - Не одет… - протянул Драко. - Будто, у тебя есть нечто такое, на что стоит посмотреть, а ты это тщательно скрываешь. Не смеши народ. Скрывать будешь Чёрную метку от своих дружков, а я входил, и буду входить, куда мне угодно без стука. И ничего ты мне не сделаешь, - нарывался на скандал Драко. Лиам проглотил «провокацию». Не то у него было сейчас настроение, чтобы скандалить. Он сел на кровати. – Короче, трепло, чего тебе надо? Ведь не просто так ты собственной персоной ко мне явился? - поинтересовался он. - Не просто, не просто, - передразнил его Драко. - Ты, давай, вали отсюда, куда тебе надо. Господин тебя отпускает. Праздник всё-таки, а тут ты. Даже настроение портится, глядя на твою вечно кислую мину. Парню только это и надо было, но он знал, что таким людям нельзя показывать своих желаний, дабы не получился обратный эффект (ещё передумают). Поэтому он не спеша поднялся с постели и подошёл вплотную к Драко. Лиам был выше Малфоя на полголовы, и тому приходилось задирать подбородок. Но Драко задирал его ещё выше специально, таким образом, он мог опустить взгляд, создавая иллюзию, будто смотрит на соперника свысока, не теряя собственного достоинства. - Ну, а если я хочу справить рождество здесь? Неужели, Волдеморт откажет своему потенциальному наследнику? – с вызовом посмотрел он на Драко. Лиам знал больное место Малфоя. То побледнел. - Никакой ты ему не наследник. Тебя вообще не должно было быть здесь. Мы с отцом до сих пор голову ломаем, как такое случилось, что Макнейр, так не вовремя тебя разыскал. А может, он врёт, и ты вовсе не его сын, а? - Знаешь, а ведь ты прав. Я и сам сомневаюсь в своём родстве с Макнейром. Пойти, что ль, сказать об этом Волдеморту? А то достал он меня уже своим обучением, - усталым голосом произнёс Лиам. - Поздно уже. Ты, чёрт побери, нравишься нашему господину. Ему теперь всё равно, чей ты сын. Его заботит только выбор наследника. Поэтому… - Так, всё, хорошего помаленьку. Время на тебя терять я не собираюсь, и душевные разговорчики прибереги для папы с мамой. Хотите, чтобы я ушёл? Хорошо, я ухожу. С этими словами Лиам поднялся и вышел из комнаты. *** Ему всё-таки удалось открыть для отца вечером на рождество бутылочку лёгкого вина. Они немного посидели за скромным столом, который пожилой человек собрал на скорую руку. Он уже не ждал сына на праздник и поэтому, увидев его, обрадовался до слёз. Отец рано ушёл спать. Всю предыдущую ночь его мучила бессонница, и сейчас он с ног валился, да ещё и ревматизм разыгрался. Лиам помог ему добраться до постели, заботливо укутал пледом и поднялся на второй этаж в свою комнату. Он устало опустился в кресло у окна и задумался, глядя на звёзды. Мысли в голове путались, и вскоре он сам не заметил, как задремал. Сквозь сон парень ясно услышал негромкий хлопок и, не придя ещё полностью в себя, подумал: «Какой-то знакомый звук. Надо бы пойти посмотреть». Он с трудом разомкнул веки. Голова немного кружилась. « Это от недосыпания», – подумал Лиам. Уже несколько дней он не мог нормально выспаться. Страх за отца, позор, который он пережил, когда друзья увидели его метку, Волдеморт со своими « уроками» – всё это не способствовало нормальному здоровому сну. Окончательно проснувшись, Лиам собрался встать, но тут… Откуда не возьмись, на солидных подлокотниках старинного кресла появились и защёлкнулись вокруг его запястий массивные чугунные браслеты, прочно приковав парня к месту. Бесполезно было пытаться подняться. Оторвать от пола тяжёлое громоздкое кресло тоже было не просто, да и воспользоваться палочкой он не мог, так как руки его были плотно прижаты «кандалами» к длинным деревянным подлокотникам. « Что за чёрт!» – подумал парень, - « Это чья-то глупая шутка, или у меня появился настоящий враг, ещё хуже, чем Волдеморт? Насколько помню, ему-то, как раз, я нравился». Но, в любом случае, он не собирался вот так сидеть и ждать неизвестно чего. Лиам напряг память и судорожно стал вспоминать «уроки» Волдеморта. Колдовство без волшебной палочки прекрасно подходило для данной ситуации, но какое заклинание применить? В голове его пронеслись обрывки каких-то ненужных заклятий, а то, самое необходимое, он не мог вспомнить. Тут, он вновь услышал хлопок, который нельзя ни с чем спутать. С таким звуком маги аппарируют, и на этот раз он прозвучал совсем близко, здесь, в комнате. При неясном свете ночника, Лиам увидел, выходящую из дальнего угла комнаты, тёмную фигуру. - Ха-ха-ха… - мягким тихим голосом засмеялся человек и вышел из тени на освещённое место. - Люциус Малфой? - Лиам здорово удивился. Уж кого-кого, а его в своём доме он не ожидал увидеть. Насколько он знал Люциуса, тот считал позором переступить порог дома маггла. - Подлость – главное и самое верное оружие Пожирателя смерти, - тихим, вкрадчивым голосом произнёс Малфой. - Нет ничего забавнее, чем напасть на спящего, но не сразу убить, а сначала обездвижить и, посмеиваясь, наблюдать, как он наконец-то придёт в себя и поймёт, что его песенка спета. - Вы намерены меня убить? - глядя на него исподлобья, спросил Лиам. Малфой медленно кивнул. - Но сначала потешу себя и скажу тебе, за что. Дело не только в том, что ты причинил немало неприятностей всем нам, когда пришёл вместе с Поттером и Диггори спасать ту девчонку-грязнокровку. Ты у меня и Драко, как в горле кость, с тех пор, как Макнейр привёл тебя, представив Тёмному лорду, как своего сына. И я мог бы смириться с этим, будь я уверен, что у Драко есть реальные шансы против тебя, но я вижу, что господин явно склоняется в твою пользу, а мне это не по нутру. Только мой Драко, и только он один, достоин и должен стать наследником самого Тёмного лорда! - вознеся руки кверху и потрясая ими в воздухе, воскликнул Малфой. - А вы что же думаете, что я сплю и вижу перебежать дорожку вашему сынку? - с жаром спросил Лиам. - Да я не знаю, как отделаться от всех вас... - К сожалению, не тебе решать, - прервал его Люциус. - Будет только так, как решит наш Господин. И ни я, ни, тем более, ты, не сможем его переубедить. - Ну, что ж, тогда приступайте. Жизнь Пожирателя смерти мне не по нраву, а если другой жизни мне не светит, то и бог с ней. Ну! Начинайте же! - гневно крикнул Лиам, про себя думая: «А может, смерть - это действительно лучший выход? Ведь сейчас из-за меня дамокловым мечом висит опасность над моей семьёй и друзьями». Люциус отрицательно пощёлкал языком. - Не так скоро. Думаешь, я сразу вытащу волшебную палочку и прикончу тебя заклинанием «Авада Кедавра?» Нет, я придумал для тебя более изощрённую смерть. И, кстати, в мои планы не входит, чтобы Тёмный лорд заподозрил меня в убийстве своего «любимца». Узнай он, что тебя прикончили заклинанием, сразу догадается, что это моих рук дело, поскольку других врагов у тебя нет. А вот… - Люциус потянул носом воздух. - Чувствуешь? Это внизу в гостиной из камина, как бы случайно, выпал уголёк. Чего только не случается в праздник, когда люди принимают спиртные напитки и забывают погасить камин на ночь. Тёмный лорд никогда не подумает, что один из Малфоев мог уничтожить врага таким тривиальным маггловским способом, как поджёг. Тут и Лиам стал ощущать запах дыма. «Боже мой, отец! Он там, внизу. Нужно срочно что-то предпринять!» И он вновь стал усиленно вспоминать подходящее заклинание, а попутно заговаривал зубы Люциусу. - А вас не смущают эти чугунные браслеты на моих запястьях? Не боитесь? Ведь ясно станет, что пожар случился не по причине излишних возлияний, а кто-то руку приложил. - Они исчезнут в момент, когда рухнет последний кирпич этого дома. А для магглов браслеты вообще невидимы. Вот, такая полезная магия, – сладко улыбаясь, словно издеваясь, мягко проговорил Малфой. - Магия такая, говорите? У меня тоже есть своя, очень нужная и полезная магия. Не зря ведь Волдеморт меня столько дней учил. А я - не ваш сынок, у которого в одно ухо влетает, а в другое вылетает. Я всё прекрасно запомнил, в том числе и это… Всё произошло очень быстро. Произнеся про себя "заклинание облегчения веса", Лиам смог-таки оторвать от пола и поднять массивное кресло. Он высоко подпрыгнул вместе с ним, произнёс "заклинание хрупкости" и обрушился опять на землю, разбив при этом кресло вдребезги. Одна рука его освободилась, но другая, будучи ещё прикованной к длинному подлокотнику браслетом, волочила его за собой. Парень ловко этим воспользовался. Растерявшийся, на мгновение, Малфой, всё же успел вытащить волшебную палочку, но Лиам, ещё не поднявшийся с пола, с силой врезал тяжёлым подлокотником Люциуса под коленки. Ноги его подкосились, и он рухнул на паркетный пол, выронив из рук свою палочку. Она откатилась, и парень наступил на неё. Взявшись рукой за другой конец, он резко дёрнул и раздался хруст. Палочка сломалась пополам. Малфой с трудом поднялся на ноги (удар Лиама был силён). - Моя палочка… - дрожащими губами произнёс Люциус. - Она принадлежала ещё моему деду и подходила мне идеально. Щенок! - вскричал он. - Мало того, что ты смеешь произносить вслух имя нашего Господина, так ты ещё и посягнул на святыню моего рода. Да этой палочке цены нет! – всё больше распалялся Малфой, подвигаясь к двери и стараясь перегородить Лиаму путь из комнаты, неизвестно на что еще рассчитывая. - Заберите своё барахло, чтобы духа его не было в моём доме! - в свою очередь повысил голос Лиам. Он поднял оба куска сломанной палочки и, оттянув ворот мантии Люциуса, быстрым движением закинул их ему за пазуху. - И не забывайте, что без волшебной палочки вы – ноль, а я сильнее вас физически, так что убирайтесь немедленно, пока я не вспомнил, что воспитывался среди магглов. - Лиам сжал кулаки. - Вы совершили ошибку, Малфой. Я мог бы, не сопротивляясь, дать вам убить себя, но не могу позволить зажарить заживо моего отца. Вот, поэтому вы проиграли. Посторонитесь, или я за себя не ручаюсь! Глупо поморгав белёсыми ресницами, Малфой посторонился и с лёгким хлопком аппарировал прочь. Лиам выскочил из дверей и побежал на запах дыма, перепрыгивая сразу через несколько ступенек лестницы. Ковёр на полу в гостиной пылал, дым был везде, он поднимался к потолку и стелился по низу, залезая во все щели. Теперь, парень мог воспользоваться своей палочкой и не замедлил это сделать, чтобы потушить огонь, но дым ещё витал в воздухе. Лиам закашлялся. Натянув на нос ворот футболки, он распахнул дверь комнаты отца. Мутной пеленой висела завеса плотного дымного тумана. Лиам открыл окно и бросился к кровати. Отец спал, но рот его как-то странно раскрылся, и губы судорожно подёргивались. Парень попытался разбудить его, тряс, хлопал по щекам, но тот не просыпался. Пульс был слабым, и Лиам жутко испугался за его жизнь. Тогда он взял на руки лёгкое тело пожилого человека и вместе с ним аппарировал. *** Лиам с отцом на руках появился в приёмном покое больницы Святого Мунго. Две молоденькие маг-сестры, ведущие приём пациентов, поднялись ему навстречу. Оценив ситуацию, одна из них ловко применила заклинание левитации, чтобы погрузить больного на каталку, и увезла его. Вторая же девушка принялась заполнять карточку пациента, задавая Лиаму разные вопросы. Через некоторое время в коридоре появился невысокий седой человек в светлой мантии целителя. Парень бросился к нему. - Как он? - Он в порядке. Мы дали ему зелье, которое прекрасно и моментально устраняет последствия отравления угарным газом. Могу сказать ещё вот что; если бы вы отвезли его в простую маггловскую больницу, то он, скорее всего, не дожил бы до утра. Возраст уже преклонный. Так что, можно сказать, ему повезло, что вы доставили его к нам. Ведь, насколько я понимаю, этот человек маггл? Вообще-то, уставом нашей больницы запрещено принимать магглов, за очень редким исключением. Нам придётся стереть ему воспоминания о пребывании здесь. - Но это мой отец, а я волшебник, - пролепетал Лиам слова оправдания. Девушка из приёмного покоя, сочувственно покачав головой, спросила целителя: - Профессор Дрейк, а это нужно записывать в карточку пациента? Ну, то, что больной-маггл приходится отцом магу? Ведь это как раз тот случай, когда приём в нашу больницу позволен. - Да, милочка, занесите эту информацию в карточку, - ответил профессор и, уже обращаясь к Лиаму, добавил: - Ну, значит, ваш батюшка в курсе всего, что окружает нас магов, и ничему удивляться не будет. Пожалуй, память мы ему оставим, понаблюдаем его ещё пару деньков, подаём укрепляющие зелья и выпишем. Успокоенный профессором Дрейком по поводу здоровья отца, Лиам вышел из здания госпиталя. На пороге парень остановился и оглядел высокий красивый фасад больницы. « Подумать только, такое огромное здание, а увидеть его могут только маги. Магглам оно представится чем-то иным, типа небольшого магазинчика», - думал парень. Вдруг, где-то наверху, по направлению взгляда Лиама послышался звук разбиваемого стекла, а из окна на одном из верхних этажей выпало и полетело вниз нечто, завёрнутое в светлую ткань. Лиам только успел отскочить, как почти на него посыпались осколки стекла и обломки оконной рамы. Странный свёрток стремительно падал, и при ближайшем рассмотрении стало заметно, что это человек, завёрнутый в светлую штору. Он выпростал из складок ткани руку с волшебной палочкой и произнёс какое-то заклинание, но видно поздновато, так как с силой грохнулся об землю и остался лежать неподвижно. Лиаму не приходилось видеть, как люди выбрасываются из окон, и эта картина повергла его в шок. Но, немного придя в себя, он подбежал к человеку и, протянув руку, потрогал его. - Мистер! Вы как, живы? Мистер! Человек пошевелился и довольно энергично. Значит, заклинание всё же сработало, смягчив удар. Чертыхаясь, он пытался выпутаться из шторы, а Лиам помогал ему, приговаривая: - Сейчас, сейчас, я помогу вам. Наконец, последний виток занавески был снят и парень увидел его лицо. - Макнейр?! - удивлённо отпрянул он. - Вот, так встреча! - Сынок? Откуда ты здесь взялся? Только этого ещё не хватало... - не менее удивлённо пробурчал палач, пытаясь встать. Это ему удалось. Пошатываясь, он сделал пару шагов, но, охнул и ухватился за Лиама, повиснув на нём. Тому ничего не оставалось делать, как поддержать его. «Чёрт побери!» - ругнулся про себя парень. - «Ну, и что мне теперь с ним делать? Я всеми фибрами души его ненавижу и задушил бы собственными руками». Но Макнейр был ранен, а Лиам не из тех людей, кто «пинает» слабого или больного. - Ладно, так и быть, отведу тебя в больницу, благо, мы рядом, - нехотя произнёс парень, перекидывая через своё плечо руку Макнейра. - Нет, только не в больницу! - запротестовал палач. - Молчи, уж. Тебе вообще повезло, что ты еле дышишь. Был бы здоровым и встретился бы мне вот в таком тёмном переулке, я бы тебе всё припомнил, - раздражённо проговорил Лиам. - Ну, ладно, - сдался Макнейр, поморщившись. - Что-то мне действительно плоховато, не помереть бы. Только быстро. Пусть дадут мне восстанавливающее зелье, и я пойду. Если что, аппарирую. Некогда мне. - А что ты, вообще, тут делал в рождество? - поинтересовался Лиам, волоча почти на себе, хромающего «папашу». - Да, так, дела… - нехотя бросил тот. - Знаю я твои дела. Ты ведь на Волдеморта работаешь. Гадость какую-нибудь задумал? Но ответа он не получил, так как они уже вошли в приёмный покой. Девушка за стойкой удивлённо и подозрительно взглянула на Лиама. «Что-то зачастил он, и откуда только больных берёт? Уж, не сам ли их калечит?» Но ничего не сказала, а достала бланк для карточки. - Вот, ногу зашиб, – притворно захныкал Макнейр. - Если бы не сынок мой, и до больницы-то не дополз бы. Дайте мне скорее зелье, и я пойду, дела у меня, - заторопился он. - Сынок?! – ещё более удивлённо переспросила девушка. - Да, мой единственный сын - моя гордость, – горделиво выпятил грудь Макнейр. Девушка вопросительно и недоумённо уставилась на парня. В её глазах читалось: «Ну, точно аферист. Не позвать ли, на всякий случай, дежурных авроров или хотя бы профессора Дрейка?» - Это долгая история, - уклончиво объяснил Лиам, заметив её сомнение, а обратившись к Макнейру, тихо сказал: - Значит так, папаша. Я тебя довёл, и здесь тебе окажут помощь, а я пошёл. Но мой тебе совет: не попадайся мне больше на пути. - Правильно, сынок, - так же тихо, чтобы не услышала маг-сестра, ответил палач. - Настоящий Пожиратель смерти никогда никого не прощает и не поддаётся жалости. Зря ты мне помог. Не знаю, смогу ли я отплатить тебе тем же, случись вдруг, что мы окажемся по разные стороны баррикад. Лиам ничего ему не ответил. Развернувшись, он пошёл на выход. |
| глава 21 |
|
Алана спустилась по лестнице на этаж, где располагался кабинет её отца.
Сегодня она с ним ещё толком не виделась. Сразу после занятий он поехал в больницу к маме, а потом Алану пришла навестить бабушка Аманда, и они долго с ней гуляли около озера, беседуя. Девушка хотела немного поговорить с отцом, спросить о здоровье мамы и пожелать ему спокойной ночи. Коридоры были пусты. Все ребята уже были в своих гостиных, если не в спальнях. Алана протянула руку к ручке двери кабинета по защите от тёмных сил. - О, Мерлин! – услышала она громкое восклицание из-за закрытой двери. Девушка вздрогнула от неожиданности и отдёрнула руку. Она поняла, что отец был у себя не один, но любопытство взяло верх, и Алана приложила ухо к двери. - ...и если бы не её способность к легилименции на расстоянии, то сомневаюсь, что она осталась бы жива. Когда я выбил заклинанием замок из двери, то увидел Пожирателя смерти, направляющего на неё волшебную палочку, а на кровати мёртвого пациента. Он убил Гильдероя Локхарта заклятьем «Авада Кедавра», - услышала Алана из-за двери голос профессора Снейпа. - Бедная профессор Флавиани, наверное, она была очень напугана. На её глазах убили человека, о котором она долго заботилась и лечила, - сочувственно произнёс отец. - Надо сказать, что, не смотря на весь пережитый ужас, мисс Флавиани держалась стойко. Она очень смелая девушка. Лорана подозревала, что её могут убить, но вместо того, чтобы кричать «Спасите!» и этим подставлять под удар жизнь любого, кто пришёл бы к ней на помощь, она сама помогла нам. Благодаря ей я узнал всё, что Макнейр вытянул из памяти Локхарта. В общем, я не ошибся, и мальчишка действительно «доигрался». В сильную грозу он встал под самое высокое дерево и дотронулся до него рукой, дожидаясь, когда в макушку дуба ударит молния. К несчастью, некоторые породы деревьев притягивают молнии сильнее остальных, а дуб, как раз является таким грозопритягивающим деревом. И молния ударила. Сильнейший разряд электричества прошил тело мальчика насквозь и не убил лишь только потому, что в тот момент на нём были одеты спортивные туфли на толстой пластиковой подошве, хорошо изолирующей от земли. Кристалл бессмертия в его груди моментально расплавился и вытек сквозь поры кожи вязкой голубой субстанцией. Занятно, что палач спрашивал Локхарта и об этом (куда мальчишка подевал испачканную этой жидкостью рубашку). Видно, надеялся, что ещё есть шанс разыскать и как-то использовать растопленные остатки кристалла. Но мать мальчика кинула её в камин, и драгоценные целебные останки этого чудодейственного камня так бездарно пропали. А ведь могли принести кому-нибудь пользу и излечить нескольких человек. Я, как зельевар и немного фармацевт, очень чувствителен к вещам такого рода, – недовольно произнёс профессор Снейп. - Но, какова судьба, а? - продолжал он. - Гильдерою повезло избавиться от кристалла, а иначе ещё тогда его убил бы Том Ридль, он же Волдеморт. Он вынул бы его сердце из груди, чтобы сделать для себя зелье бессмертия. Зато теперь, опять-таки по вине Волдеморта, Локхарт погиб всего лишь из-за воспоминаний об этом кристалле. Мне его искренне жаль. А помните, в тот раз мы узнали, как, будучи бессмертным, Гильдерой мечтал свершить много подвигов и добрых дел? А в результате, разочарование довело его до того, что он написал множество книг о своих, якобы свершённых победах, но всё это оказалось только выдумкой. Ещё интересен тот факт, что, придя в себя после удара молнией, после того, как пролежал довольно долго без сознания, мальчик не обнаружил своего обезьяньего хвоста. Когда-то родители пытались избавить сына от него. В тот раз заклинание не сработало, но теперь ничто не мешало ему начать действовать. Кристалла в сердце Гильдероя больше не было. То же самое произошло и с Антуанеттой Молинье, помните? У неё исчез рыбий плавник на спине. Алана ещё плотнее прижалась ухом к двери. То, что она услышала, напрямую было связано с ней. Ведь и в её груди бьётся вместе с сердцем волшебный кристалл. - Кстати, Антуанетта погибла. Но отчего? Неужели, когда она купалась в озере, в воду попала молния? - произнёс голос отца. - Не думаю. Николас Фламель сам был очевидцем гибели Антуанетты. В книге ничего о грозе не было сказано. Фламель упомянул лишь белые искры на воде рядом с девушкой. Я уверен, что это было морское животное или рыба, способное вырабатывать электрический ток, - ответил профессор Снейп. - Вы думаете, это мог быть электрический скат? - Скат живёт в морской воде, хотя, в волшебном озере всякое может быть, но дело не в этом. Скат вырабатывает недостаточно сильный ток, примерно, как в обычной маггловской розетке. Такой ток может убить человека, но не растопить кристалл. Для этого нужно что-то помощнее. Я склоняюсь к тому, что это был пресноводный электрический угорь. Он способен вырабатывать тока втрое больше, чем скат, и в воде он не так хорошо виден, поэтому смог подплыть к девушке незаметно. Вода прекрасно проводит электричество и не оставляет шансов на спасение. Практически никто из купающихся в грозу, не выживал, когда в воду попадала молния. На земле больше возможностей остаться в живых. Именно поэтому Антуанетта Молинье погибла, – высказал своё мнение профессор Снейп. - Но для чего Волдеморт послал человека в больницу? Как эта информация поможет ему? - опять услышала Алана голос отца. Странно, что он задавал такие вопросы. Никто не сомневался, что Алан Диггори всегда и на всё знал ответ, но в последнее время он выглядел рассеянным и усталым. Болезнь супруги и беспокойство за судьбу дочери совершенно вымотали его. - Да, никак. Тёмный лорд хотел лишь знать, помнит ли Локхарт что-то из того, что может навредить ему. Если ничего, то и, слава богу. А если всё, то нельзя, чтобы об этом узнали другие, например вы, Алан. Ведь если вы узнаете о способе уничтожения кристалла, то можете применить его на своей дочери, а тогда Тёмный лорд потеряет последнюю надежду на спасение. Страшно представить себе, что станет с вашей дочерью, когда он до неё доберётся. А ещё страшнее - что будет со всеми нами и всем миром, если ему это удастся, - мрачно произнёс профессор зельеварения. - Я уже понял, что нет никаких шансов спасти Алану от этого несчастного кристалла, и Волдеморт теперь тоже это знает. Любой человек поймёт, что ни один родитель не станет бить током собственного ребёнка, тем более что во многих случаях это оканчивается смертью, - грустно проговорил отец. - Да, вы правы, – согласился с ним профессор Снейп. - Ну, тогда ей остаётся только скрываться. Но предупреждаю вас, Тёмный лорд не отступится, ему терять нечего. И, боюсь, что рано или поздно он до неё доберётся... Алана вздрогнула и отпрянула от двери. *** Девушка вернулась в свою комнату, ни жива, ни мертва. Значит, только от неё зависит жизнь Тёмного колдуна, который, если вернётся, поставит на колени весь мир. Нельзя этого допустить. Но как? « Я должна сама попытаться избавиться от кристалла бессмертия. А если при этом погибну, что ж, пусть так. Пусть пострадаю лишь я одна. Это лучше, чем Волдеморт вернется, и погибнут тысячи». *** Сидя в полупустом Большом зале, ребята завтракали. Многие студенты разъехались на каникулы по домам. Гарри и Гермиона тоже собирались поехать домой, но их задерживало письмо - ответ от Дадли, которое они с нетерпением ждали. Уже несколько дней прошло, но ответа всё ещё не было. Настроение у всех было паршивое из-за того, что случилось с Лиамом, поэтому Рон и Джинни решили уехать домой до конца каникул. И сейчас Гарри с Гермионой сидели за столом одни. В зал влетела сова и закружилась над ними. Но это была вовсе не Гаррина сова. Его птица была белоснежная, а эта… ужас! Разноцветная! Она была какой-то несуществующей породы, в пятнах всех цветов радуги. Не сова, а попугай какой-то. К её лапке было привязано письмо и ещё что-то тяжёлое, завёрнутое в бумагу. Птица подлетела к Гарри и плюхнулась перед ним от тяжести посылки. Опасливо отвязав от чужой совы пакет (чего она такая, вдруг болеет чем-нибудь?), Гарри стал читать письмо, а Гермиона заглядывала ему через плечо. «ЗдорОво, кузен! Получил твоё письмо. Это первое письмо, которое ты мне написал за все семнадцать лет, что мы с тобой знакомы. Я так удивился, что решил его даже в рамочке на стенку повесить. Дела у нас идут отлично. Фред и Джордж работают, не покладая рук, и уже снова выпустили несколько новинок. Большим спросом пользовались «Канареечные конфетки». Съешь одну и на короткое время превращаешься в канарейку. Так вот, близнецы изобрели ещё и «Попугайские конфетки». Эффект тот же, только гораздо красочнее и красивее получается. Кстати, можешь похвалить меня за находчивость. Я обнаружил, что животные от этих конфет вовсе не превращаются в попугаев, а только меняют окраску...» Гарри вытаращился на сову. - Хедвига, ты что ль? – ещё не совсем веря, спросил он, легонько потыкав её пальцем. Птица прыгнула ему на плечо и ласково ущипнула за ухо. Так вела себя только его Хедвига. - Вот, обормот! Что он с тобой сотворил? Я теперь понял, почему он с ответом не торопился. Он на моей сове опыты ставил. Кто знает, чем он ещё её там, кормил? Гарри отломил кусочек овсяного печенья, которое Хедвига очень любила, и протянул ей. Но она отвернулась и даже отлетела подальше на противоположный край стола. - Ну, так и есть! Она теперь еду из рук брать боится. Первое письмо, видите ли! В рамочку он его повесит! И уж точно, последнее, Хедвигу он больше не увидит! - негодовал Гарри. - Ну, не расстраивайся, – успокаивала брата Гермиона. - Она скоро восстановит свой цвет и ничего страшного не случится, а если сомневаешься, то отнесём её к Хагриду, пусть проверит её здоровье. Давай, лучше письмо дочитаем. Гарри нехотя вернулся к письму. «...А ещё Фред и Джордж изобрели новый прикол "Воздушный шар на любой вкус". Это спрей. Брызгаешь им, и из него выдувается воздушный шар той формы, о чём или о ком в данный момент ты думаешь или мечтаешь. Мы его весь день испытывали. У меня получались надувные торты, пирожки, монеты. У Джорджа – надувные машины, бладжеры, спортивный инвентарь всякий. А у Фреда испытание вообще не получилось. Между нами, по секрету, у него почему-то получаются одни только надувные девушки. Один такой баллончик я послал тебе с Хедвигой. Испытай, потом скажешь своё мнение. Пока. Пиши ещё. Твой кузен Дадли». Ниже был приписан адрес Лиама. У Гарри отлегло от сердца. Он уже начал бояться, что Дадли вообще забудет адрес написать после такого длинного письма. Гермиона сорвала обёртку с, присланного Дадли, баллончика. Она нажала на пульверизатор, и из него стал вылезать, постепенно надуваясь, воздушный шар, напоминающий мыльный пузырь. Он всё рос и рос, принимая очертания человека. Шар оторвался и медленно поплыл к потолку. Приглядевшись, Гарри понял, что это похоже на Лиама (видно, в тот момент Гермиона о нём думала). «Ой, вдруг кто-нибудь увидит?» - подумал Гарри и запустил в шар вилкой. Он с оглушительным грохотом лопнул, а вилка, отскочив, воткнулась в стенку позади учительского стола, пролетев в сантиметре от уха Дамблдора. |
| ПОСМОТРЕТЬ ИЛЛЮСТРАЦИИ К ЭТИМ ГЛАВАМ. |
| ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ ФАНФИКА. |
| Выбор глав. |
| Отзыв по главам |
| Вернуться на главную страницу |
Хостинг от uCoz