| |||
|
| глава 31 |
|
Наступил долгожданный день конкурса на звание лучшего волшебника школы. Он проводился в день Святого Валентина, поэтому программа была насыщенной. Утром будет конкурс, а после обеда старшие классы пойдут в деревню Хогсмид, но поскольку это праздник влюблённых, то предполагалась не просто прогулка, а, скорее всего, романтическое свидание. Ещё за завтраком мальчики, кто не успел раньше, приглашали своих девочек пойти в Хогсмид вместе.
Гарри перемигивался за столом с Джинни, и Гермиона сразу поняла, что на прогулку в деревню они пойдут вдвоём. А её, Рон, как всегда, не пригласил. «Так уже было два года назад. Тогда из-за него я чуть не пропустила такой замечательный новогодний бал. Ведь мог же позвать, но не захотел. Хорошо, что меня пригласил Виктор, а-то сидела бы я в своей спальне весь вечер и грустила. Ну, чего он сейчас-то ждёт? Рон, миленький, ну пригласи же меня, я тоже хочу в праздник прогуляться и почувствовать себя кому-то нужной», - просила про себя Гермиона. Но Рон, похоже, вообще позабыл о прогулке. Было видно, что он слишком нервничал из-за выступления на конкурсе и думал только об этом. - А жюри строгое будет? Кто там, в жюри сидит? - приставал он к Гарри. - Кажется, профессор Диггори, профессор Макгонагол, Хагрид и сам Дамблдор. Ну, ещё и зрители проголосуют. Так называемое, палочное голосование. Они будут волшебными палочками запускать искры. Сколько искр, на столько баллов оценка. Их предпочтения сразу будут засчитываться в списке на столе у жюри, - объяснял Гарри. - Ну, неужели ты нисколечко не волнуешься насчёт конкурса? - продолжал надоедать Рон. - Я больше волнуюсь за то, как пройдёт моё свидание с Джинни. А кстати, ты уже пригласил Гермиону на прогулку в Хогсмид? - Успею ещё. Куда она денется? Тут такие нервы! Если я не победю... не побежду... короче, не выиграю в конкурсе, то вообще никуда не пойду. Не люблю проигрывать, - нервно потянул ворот рубашки, Рон, - Да, кто ж такие узкие воротнички делает, ёлки-палки... - ворчал он, почём зря. Завтрак окончился, и участники конкурса пошли переодеваться в сценические костюмы. Остальные остались в зале, наблюдать, как по мановению волшебной палочки Дамблдора Большой зал превращается в зрительный зал. Столы исчезли, длинные скамьи изменили направление и встали лицом к сцене, которая появилась там, где раньше был стол преподавателей. Откуда-то сверху на подмостки упал алый бархатный занавес, а посередине около ступенек, ведущих на сцену, появился стол для жюри. Когда всё было готово, зрители принялись занимать места, оставив свободными первые два ряда для учителей и приглашённых. Гарри заранее заказал два места в первом ряду для гостей. Ими были Сириус и Нимфадора с малышом. Крёстному уже не надо было скрываться. Он, вовсю, пользовался свободой и старался почаще выбираться из дома. Конкурс был прекрасным поводом для этого. Маленький Рэмус сидел на коленях Тонкс и пытался почесать ножкой за ухом, так смешно напоминая щенка. Он сильно подрос и довольно быстро научился ходить. Все зрители расселись по своим местам, а участники скрылись за кулисами, чтобы вскоре выйти на сцену и начать представление. *** Это было очень красивое зрелище. И не удивительно, ведь многие ребята перерыли полбиблиотеки, разыскивая какие-нибудь занятные, новые или просто давно забытые заклинания, чтобы создать зрелищный красивый трюк. Первой выступала маленькая первоклассница из «Слизерина». Гарри вспомнил её - Анджела, девочка из лодки, та, что заметила его светящийся карман. Её номер назывался «Магическая левитация». Свет в зале потух, а когда вновь стало светло, все увидели на сцене Анджелу, одетую в наряд восточной принцессы. В руке она держала волшебную палочку. Девочка легонько ею взмахнула, и к её ногам упал красивый коврик, на который она сразу вступила. Коврик медленно стал поднимать её в воздух, колыхаясь и проминаясь под её ногами, и казалось, что девочка вот-вот упадет. Когда она поднялась почти под потолок, многие в зале ахнули от волнения за неё. Но Анджела села в позу лотоса и потихоньку коврик начал опускаться, делая широкие круги. Девочка приложила к губам волшебную палочку, и зрители услышали звуки флейты, но одновременно с чарующими звуками, у кого на шее были одеты галстуки, они стали подниматься в такт музыке и выгибаться наподобие змеи. В зале засмеялись, и послышались одобрительные возгласы. Галстуки "танцевали" и не могли угомониться до тех пор, пока звуки флейты не стихли. Выступление маленькой Анджелы произвело впечатление и, к тому же, она выступала первой, поэтому никто не пожадничал в оценке. Так, она набрала много баллов, и другим участникам теперь нужно было очень постараться, чтобы обогнать её. Следующим был Лиам. Оказалось, он прекрасно владел искусством фехтования. У него даже волшебная палочка была особенной, длиннее, чем у остальных. Он приделал к ней рукоятку, и получилось что-то вроде укороченной шпаги. Носил он её в таких же ножнах, какие Рон подарил Гарри на день рождения. Лиам взмахнул рукой с палочкой, и отражение настоящего неба, заменяющее в Большом зале потолок, затянулось грозовыми тучами. Грянул гром, сверкнула молния, и пошёл дождь, но только над сценой. Сначала, он был мелкий, но постепенно нарастал. С первыми каплями дождя, Лиам стал вертеть над головой волшебную палочку, словно лассо, не позволяя намочить себя. Он крутил её всё быстрее и быстрее. Вскоре дождь превратился в ливень, но на Лиама не попало ни одной капли, все они были отбиты, умело вращающейся в руках парня, палочкой. Проделывая это, он ещё умудрялся запускать в небо искры, которые превращались на тёмном фоне в яркие звёзды. Публика долго аплодировала. Пока выступали следующие участники, Гарри стал слегка волноваться, в ожидании своего выхода. Видно нервозность Рона оказалась заразна. А сам Рон, и вовсе, то бледнел, то краснел, не сидел на месте и всем мешал, задавая дурацкие вопросы. Джинни пыталась его успокоить, но бесполезно. Они с братом вместе готовили один номер на двоих, и ей совсем не улыбалось всё провалить из-за чрезмерной нервозности Рона. Наконец, наступила очередь Гарри. Он вышел на сцену под аплодисменты, не успевшие ещё замолкнуть после предыдущего выступления. Гарри был одет в парадную мантию, галстук-бабочку, а на голове изящный чёрный цилиндр. Вид у него был, как у фокусника. В обеих руках парня было по волшебной палочке. Кому-то показалось, что вторая палочка принадлежала Дамблдору. Гарри развёл руки в стороны, взмахнул ими, словно дирижёр, и зазвучали звуки оркестра. Опустив руки, он запустил две красные искры в нижний край обеих половинок тяжелого занавеса, и они загорелись. Огонь быстро побежал по шторам вверх, сжигая занавес без остатка, и вдруг, вспыхнул и осыпался на сцену легкими красными перьями, словно стая розовых фламинго пролетела. Некоторые перья отлетели далеко в зал и, как красный снег падали на головы зрителям. Кто-то из ребят протягивал руки, пытаясь поймать красивые пёрышки. А когда на сцене вырос большой сугроб из перьев, он вдруг распался, и из него вылетел феникс. Покружив над залом, он сел на плечо Дамблдору, да так и остался сидеть до конца конкурса. Директору это нисколько не мешало. Алый бархатный занавес восстановился сам собой. А Гарри приняли на «Ура!» Вернувшись за кулисы, он еле отдышался, но всё уже было позади и, наконец-то, Гарри перевёл дух. Гермиона же совсем не нервничала. Она всё хорошо заранее подготовила и шла на сцену, как к доске отвечать. Что-что, а урок она всегда знала назубок. Для своего номера девушка долго не могла подобрать подходящего наряда, но недавно ей пришла в голову идея одеться, как женщина-провидица, на которую она была похожа. Гермиона одела платье старинного покроя и наколдовала себе такой же, как на портрете, головной убор, прикрывающий ей волосы. Когда Сириус увидел девушку на сцене, он аж подскочил. До чего же она была похожа на волшебницу с того рисунка, который много лет назад, он стащил из дома Магды. Номер Гермионы назывался «Цветочная рапсодия». Девушка вышла на середину сцены и заиграла лёгкая, приятная музыка. Она взмахнула палочкой и, тут же сквозь пол подмостков стала прорастать весенняя травка. Гермиона взмахивала рукой то тут, то там, и из травы стали вытягиваться вверх стебельки цветов. На потолке-небе засияло весеннее солнышко, и к нему потянулись листики, затем налились бутоны, а когда они раскрылись, то вся сцена украсилась красивыми разноцветными цветами, над которыми порхали, неизвестно откуда появившиеся, бабочки. Каждый раз, взмахивая палочкой, девушка превращала что-нибудь в цветы. Уже весь занавес был украшен цветами. Если на шее зрителей были галстуки, цепочки или бусы, вместо них появлялись прекрасные гирлянды из свежих благоухающих цветов. Часы и браслеты, тоже превращались в прекрасные цветочные манжетки, но никто не волновался, все знали, что скоро всё опять превратится в предметы одежды, и никто ничего не потеряет. Затем, Гермиона сбежала по ступенькам вниз, взяла за руку низенького профессора Флитвика с первого ряда и вывела его на сцену. Поколдовав над его головой, она отступила, и зрители увидели, как среди его реденьких волосиков стали прорастать одуванчики. Сначала маленькие бутончики раскрылись ярко-желтым цветом, а затем побелели и опушились. Гермиона дунула ему на голову, и пушинки полетели в зал, оседая на головах зрителей красивыми венками из одуванчиков. Если пушинка падала на пол, то она тут же прорастала цветком. Мальчики наклонялись, срывали их и тут же дарили девочкам, ведь как-никак сегодня был день Святого Валентина. Под конец Гермиона вознесла руки вверх, а когда опустила, то на небе–потолке засияла яркая, красочная радуга. Восторгам не было предела. Зал громко аплодировал. Все с радостью отдавали Гермионе много баллов, и у неё был реальный шанс на победу. Рон и Джинни выступали последними. Их трюк не был таким уж сложным, но зато был весёлым. На сцену вынесли несколько стульев, и брат с сестрой, один за другим стали превращать их в собачек. Похожий трюк два года назад на Тремудром турнире, проделал Виктор Крам. Он превратил камень в собаку, чтобы отвлечь дракона и забрать золотое яйцо. Поэтому сам трюк никого не удивил, но интересно было то, что делали собаки. Джинни и Рон заставили их танцевать, прыгать на задних лапках, вилять хвостиками в такт музыке и перепрыгивать друг через друга. В общем, зал повеселился вволю. А маленький Рэмус соскользнув с колен Тонкс, полез по ступенькам на сцену, улыбаясь и протягивая ручки к собачкам. Одна собака перепрыгнула через него, и малыш радостно завизжал, чем ещё больше развеселил зал. Сириус встал, чтобы забрать Рэмуса, но ребёнок не пожелал уйти, закапризничал и торчал на подмостках до тех пор, пока все собаки не превратились опять в стулья. Малыш повертел головой направо, налево и, не увидев больше ни одной собачки, громко заревел. Но зато, Сириус смог, наконец-то, снять его со сцены. В заключение представления, вне конкурса выступил сам организатор Алан Диггори. Он устроил парад Патронусов. Произнося заклинания Патронуса, из палочки Алана появлялись призрачные животные: зайцы, медведи, волки, лисы, лоси. Сделав круг по сцене, они перемещались в зрительный зал и, покружив немного по залу, исчезали, а на их месте появлялись новые. - Смотри, Гарри, - обратила его внимание Гермиона. - Это называется «Нестабильный Патронус». Такое редко, но случается с нечистокровными магами, полулюдьми или, как в случае с самим профессором Диггори, Аниформами. В магии это считается небольшим дефектом, но в реальной жизни, смотри какая красота! А ты заметил, что все звери лесные? Не удивительно, ведь он сам родом из леса, но среди них нет ни одного оленя. Гарри, он не способен создать Патронуса - оленя! Надо же! В общем, конкурс завершился на весёлой ноте. Все долго аплодировали и остались довольны сегодняшним представлением. Гарри с Гермионой вышли в зал и разыскали крёстного. Смеясь, ребята вспоминали, как маленький Рэмус ползал по сцене. - Ничего нельзя поделать, - объяснял Сириус. - Любит собак безумно. Видно, зов крови. Я вот думаю, может ему собачку прикупить, пусть себе играет. - А зачем покупать, если ты Анимаг и в любое время можешь сам в собаку превратиться, чтобы развлекать малыша? - спросил Гарри. - Ну, можно из собачки ещё и братишку ему изобразить… - размечтался Сириус. Тут Тонкс тронула его за руку и, смущённо улыбаясь, сказала: – Уже. И не нужно никаких собак превращать. - Нимфадора! - удивлённо воскликнула Гермиона. – Поздравляю! Вот это скорость! Не успел Сириус вернуться, а уже обзавёлся женой и двумя детьми, ну, почти двумя. Сириус был удивлён не меньше ребят. Он с обожанием смотрел на свою невесту, глупо улыбаясь. Жюри подвело итоги конкурса. Мнения зрителей были различные. Младшекурсникам понравились больше собачки. Тем, кто постарше – номер Гарри. Девочки хвалили Анджелу, а мальчики оценили номер Лиама. За других участников голосовали по - разному, но только номер Гермионы понравился абсолютно всем, без исключения. А профессор Флитвик, потиравший свою, уже принявшую прежний вид, макушку, даже послал Гермионе воздушный поцелуй. Однозначно, победила Гермиона. Даблдор поднялся с места и объявил, что ей присваивается звание лучшей волшебницы школы, и имя её занесут в «Книгу рекордов и достижений Хогвартса». - Последнее имя, записанное в этой книге... - объявил Дамблдор, – ...это имя Лили Эванс. Она тоже победила в конкурсе, на котором боролась за звание лучшей волшебницы школы. - Моя мама? – стоя рядом с Гермионой, удивлённо воскликнул Гарри, но посмотрев на сестру, поправился: - Ой, прости. Наша мама. Гермиона вышла из зала в окружении друзей, и все её поздравляли. Девушка хотела сказать Рону, как ей понравилось их с Джинни выступление, но оглянувшись и пошарив взглядом вокруг, не увидела его. Она вопросительно взглянула на Джинни. Та красноречиво покрутила пальцем у виска и махнула рукой в сторону выхода. Так она дала понять, что Рон не в себе, и куда-то ушёл оплакивать своё поражение. |
| глава 32 |
|
Гермиона постучалась в спальню мальчиков. Она хотела утешить друга, поступиться своей гордостью и позвать его на прогулку в Хогсмид, но дверь не открывали.
Подошёл Гарри. - Ну, что там? Не открывает? Сейчас я с ним поговорю. Подожди в общей гостиной. Вскоре Гарри вышел из спальни с расстроенным выражением лица и направился к Гермионе. - Чёрт-те-что. Из-за такой ерунды переживать. Ну, я понимаю, конечно, мне тоже хотелось победить, но не убиваться же из-за этого. В общем, Рон никуда не пойдёт. Он сейчас в том состоянии, когда ругается и кричит на всех подряд по причине и без. Гермиона расстроилась. - А я так хотела пойти со всеми в Хогсмид. Но остальные ребята идут парочками, а я одна, что ли, пойду? Придётся тоже здесь оставаться. Тут в гостиной появился Невиль и сказал, что их с Гермионой зовёт Сириус. Ребята побежали во двор, где их ждал крёстный. Нимфадора с малышом ушли домой, а он остался. Сириусу не давала покоя одна мысль. - Гарри, Гермиона, - позвал он их, как только завидел издалека. - Давайте отойдём немного, есть дело. Они присели на одну из лавочек, и крёстный продолжил: - Вы мне рассказали, что Гермиона, оказалась дочкой Лили, а стало быть, тоже родственницей той провидицы, но я никогда не рассматривал её в таком ракурсе, ну, похожа немного, и всё. А сегодня, когда я увидел Гермиону в этом наряде, я потерял покой, потому что из головы у меня не идёт пророчество Лили. Помните? «Найди ЕЁ, спаси! Не ты, так кто-то другой, но если ЕЁ не спасти, то зло, угрожающее всем, и с которым будет бороться твой сын, вновь вернётся. Её легко узнать. У неё моё лицо». И теперь я узнал тебя, Гермиона. У тебя, действительно, ЕЁ лицо. И если верить пророчеству, то с тобой должно что-то случиться. Гарри, - продолжал Сириус, - не спускай с неё глаз. «...То зло, с которым будет бороться твой сын...» - это Волдеморт, Гарри. Если не он, то, что или кто ещё это может быть? Ты всю свою жизнь борешься только с ним. Обещай мне, что будешь хорошо оберегать её, ведь она тоже дочь моих лучших друзей, да и просто хорошая девушка. А перед Лили я в долгу ещё с того дня, как она мне открыла своё пророчество. Я тогда пообещал, что узнаю об этом всё что возможно, а так же сделаю всё, чтобы помочь ЕЙ. Гарри не нужно было долго упрашивать, он сразу же крепко взял сестру за руку. - Ай, - поморщилась Гермиона. – Ну, не в буквальном же смысле слова ты будешь меня «пасти». - А что же делать? Ведь он прав. Это пророчество очень странное… - ответил Гарри. Вскоре после ухода Сириуса, ребята увидели, как к ним приближается Лиам. - Гермиона, можно тебя на минутку? - обратился он к девушке. - Вот, хотел ещё раз поздравить тебя с победой, а заодно и спросить... точнее пригласить тебя на прогулку в Хогсмид, если, конечно, ты не против и не занята. Он внимательно посмотрел ей в глаза, и Гермиона сразу согласилась. *** Студентов в Хогсмид сопровождал Алан Диггори. Добравшись до места, профессор позволил ребятам погулять одним. Как-никак здесь были одни только влюблённые парочки, и ходить по деревне всем скопом под бдительным оком преподавателя, было как-то не по-санвалентински. Договорившись с ребятами, где и во сколько они должны встретиться для возвращения в Хогвартс, преподаватель направился в магазинчик тётушки Аманды. Гарри про себя улыбнулся. Он сразу понял к кому Алан пошёл в такой праздник, и был искренне рад за учителя. - Джинни, - сказал Гарри своей девушке. - Я очень хочу к этому празднику сделать тебе какой-нибудь подарок. Что бы ты хотела? - Ой, не ожидала, спасибо, Гарри. Мне действительно кое-что нужно. Понимаешь, у меня никогда не было почтовой совы, а так иногда нужно письмо отослать. Каждый раз просить у кого-то уже надоело, - ответила Джинни. - Ну, тогда нам тоже сюда, - указал Гарри на магазинчик, за дверью которого только что скрылся Алан. Они вошли. Навстречу им вышла сама хозяйка. - Гарри, дорогой, я так рада тебя видеть, - обрадовалась она. - Мне сказали, что твой крёстный всё же спасся. Я очень рада, очень! Джинни пошла осматривать всех сов, какие были в магазине. Гарри увидел, как у прилавка стоят и о чем-то оживлённо беседуют, взявшись за руки, Алан и Кента. На пальчике у неё блестело новенькое колечко с красным камушком. Аманда проследила направление взгляда Гарри и тихо шепнула ему: - Это он ей к празднику подарил. Ой, чувствую, что скоро он посватается к моей девочке, – тётушка с умилением посмотрела на них и добавила: - А какая красивая пара, и так подходят друг другу: мужчина-олень и девушка-кентавр. Просто загляденье! Надо бы их нарисовать. Тут подошла расстроенная Джинни. - Что-то мне тут ничего не подходит. Вот те слишком большие, а эти страшноватенькие. Хотелось бы почтовую сову, как у Гарри беленькую, я очень люблю белый цвет. Тут, словно что-то вспомнив, девушка встрепенулась и спросила: - А у вас, случайно, нет почтовых голубей? Аманда удивлённо посмотрела на неё. - А тебя не смущает, что это не совсем магический способ доставки почты? - Нисколечко. Я сама видела, как один маг вполне прилично использовал такого голубя, и мне эта птичка тогда, так понравилась! Аманда улыбнулась. – Ну, вообще-то в магазине я голубей не продаю, их тут никто не купит. Всем сов подавай. Но для себя я держу несколько птиц, чисто ради хобби. Есть у меня для тебя одна голубка, и как раз уже обучена почту носить. Подожди здесь. Тётушка Аманда вышла через заднюю дверь во внутренний дворик. «Наверное, у неё там голубятня или что-то в этом роде», - подумал Гарри. Вскоре она вернулась с клеткой в руке. В ней сидела белая голубка с розовой грудкой и хохолком на голове. Как только Джинни увидела её, так сразу запрыгала от радости. - Ой, какая хорошенькая. Посмотри, Гарри, у неё на грудке, словно розовое сердечко нарисовано. - Точно, - согласился парень. - Нарочно не придумаешь для Сан Валентино. Мы берём её. *** Посидев немного в кафе «Три метлы», где было много народу, Гермиона и Лиам вышли на свежий воздух. - Куда бы ты хотела сходить, Гермиона? Ты любишь сладости? Может, сходим в «Сладкое королевство»? - Нет, только не туда, там же погиб Амос Диггори. И хоть я и люблю сладкое, но туда больше ни ногой, - испугалась девушка. - Ну, если хочешь, я быстренько сам сбегаю, куплю тебе что-нибудь и принесу. Гермиона кивнула головой. Пока она рассматривала витрину одного магазинчика, Лиам уже вернулся, неся в руках два молочных леденца на палочке. Один он отдал девушке. - Смотри, - сказал Лиам и, достав волшебную палочку, прикоснулся ею ко второму леденцу. На глазах, молочная конфетка на палочке стала превращаться в белую розу на тонком стебельке. Он протянул её Гермионе. - Видишь, я тоже умею выращивать цветы, - сказал парень. - Но только для тебя. Гермиона благодарно взглянула на него и подумала: «А Рон никогда не дарил мне цветов». Лиам был интересным и внимательным собеседником. Болтая о том, о сём, они прогулялись по дороге до того места, откуда издалека была хорошо видна Визжащая хижина Сириуса. Гермиона посмотрела на неё и обернулась к другу, чтобы рассказать ему историю этого дома, как вдруг, почувствовала сильное головокружение. У неё помутилось в голове, и в глазах потемнело. Ей ясно представилась женщина-провидица с портрета. Она стояла на том месте, где только что был Лиам, и протягивала руку в сторону Визжащей хижины. «Спаси его!» - воскликнула женщина и исчезла, а в голове у Гермионы стали проноситься видения: Она увидела маленького Рэмуса, который топал на своих коротеньких слабых ножках по полю, отделяющему Визжащую хижину от дороги. Увидела стаю злых бродячих собак. Малыш идёт им навстречу и с улыбкой, протягивает к ним ручки. Свора собак с жутким рычанием срывается с места и бежит ему наперерез, а из открытых пастей капает слюна. Черная масса злых псов накрывает собой ребёнка и... видение исчезает. Гермиона глубоко вздохнула и открыла глаза. Она почувствовала, как Лиам трясёт её за плечи. - Что с тобой случилось? Ты стояла как загипнотизированная и совершенно ни на что не реагировала, - взволнованно говорил он. Девушка обернулась и посмотрела вдаль, в сторону Визжащей хижины. Там вдалеке она увидела чёрные точки, движущиеся беспорядочно и поняла - бродячие псы. И тут, она различила вдали ещё одну крохотную светлую точку, идущую навстречу чёрным и своей судьбе. |
| глава 33 |
|
Нимфадора находилась под впечатлением конкурса и, отдыхая в кресле-качалке в садике около дома, вспоминала представление.
Сириус ещё в начале зимы обнёс забором свою Визжащую хижину, посадил несколько кустов и деревьев, и таким образом получился неплохой садик, в котором приятно было посидеть-отдохнуть. Малыш Рэмус играл рядом с Нимфадорой. Он принёс ей свой любимый мячик и замахнулся ручкой, показывая, что его надо кинуть. Тонкс взяла из рук малыша мяч и бросила подальше. Мальчик быстро затопал вслед за любимой игрушкой. По пути он два раза падал, но поднимался и вновь спешил вперёд. Догнав мяч, он встал на четвереньки, зажал его в зубах и поспешил назад к маме. - Нет, Рэмус, не бери в рот, ты ведь не собака. Это грязное, в ручки возьми, - крикнула ему Нимфадора. Сообразительный малыш взял мячик в ручки и принёс его Тонкс. - Вот, умница. Ты мой маленький котёнок, - погладила его по голове Нимфадора, но Рэмус нахмурился и отвернулся. - Тебе не нравится называться котёнком? А пёсиком можно? - спросила она, смеясь. Малыш вновь заулыбался. Внезапно Нимфадора почувствовала сильное недомогание и тошноту, у женщин в положении такое бывает. - Я скоро вернусь, малыш, - предупредила она ребёнка и кинулась в дом, но добежав до ванной комнаты, ей стало ещё хуже, и женщина упала без сознания. Рэмус послушно стоял и ждал, а мама всё не возвращалась. Тогда со скуки он стал катать свой мячик по земле. Толкнув в очередной раз, чуть сильнее обычного, мяч подскочил и исчез за забором. Малыш двинулся к калитке. Там он постоял немного в нерешительности, но увидев сквозь деревянные прутья забора свою игрушку, просунул ручку, пытаясь дотянуться. Мяч лежал чуть дальше. Тогда смышлёный мальчик попробовал просунуть голову сквозь прутья, и у него с трудом, но получилось. Туловище проскользнуло, как по маслу, и Рэмус оказался за забором. Он уже собирался взять свой любимый мячик и вернуться, как вдруг, послышался далёкий лай. Ребёнок обернулся на звук и заметил вдалеке стаю чёрных бродячих собак. Нет, он не мог просто так уйти, если где-то там есть, такие милые его сердцу, собаки. Малыш заулыбался и быстро затопал в их сторону, доверчиво протягивая к ним ручки. *** Гермиона мчалась как ветер, и молила про себя: «Только бы успеть, только бы успеть!». Она видела, как расстояние между ребёнком и собаками стремительно сокращается, и бежала изо всех сил, задыхаясь и чуть не падая. Оставались, какие-то два метра, отделяющие псов от мальчика. Гермиона кинулась к ребёнку, подхватила его на бегу и упала вместе с ним на землю. Она накрыла малыша своим телом, а свора диких собак неистовствовала. Псы рвали зубами и царапали когтями ей спину. Одежда девушки порвалась моментально, и вот, уже когти и зубы злобных животных впиваются в её плоть. От боли и страха Гермиона громко закричала. Лиам не сразу понял, куда помчалась подруга, а когда разглядел, то кинулся вслед за ней. Он подоспел вовремя, ещё чуть-чуть, и псы растерзали бы её. Парень выхватил из ножен волшебную палочку и выкрикнул несколько оглушающих заклинаний. Несколько псов откинуло назад, а остальные, оскалившись, повернулись в его сторону и приготовились к нападению. Ещё немного обжигающих заклятий сделали своё дело. Поджав хвосты, собаки убежали прочь. Лиам поднял палочку вверх и послал в небо красные искры, как сигнал о помощи. На крик из домов повыскакивали люди. Алан Диггори и Гарри тоже выбежали на улицу. Увидев издалека искры, они поспешили в их направлении. Гермиона всё ещё прикрывала собой малыша, хотя тот расплакался и стал толкаться. Лиам не знал, что делать. Вся спина подруги была разодрана, и он боялся её трогать, чтобы не причинить ещё больше боли. Когда Гарри и Алан подбежали, преподаватель сразу оценил ситуацию. - Гарри, бери ребёнка и отнеси в дом, а заодно узнай, что у них там произошло, как случилось, что малыш оказался без присмотра. Лиам, быстро собери всех ребят и отведи в школу, а я отнесу в Хогвартс Гермиону. Её не так-то просто было взять на руки, не вызвав боли, и Алан перекинул девушку через плечо, чтобы не трогать раненную спину. Хогвартс был не близко, и профессору было тяжело, но он не обращал на это внимания. Алан корил себя за то, что не уследил за учениками, и случилась эта беда. На подходе к школе, их увидели из окон. Студенты и учителя стали выходить на улицу. Профессор Макгонагол, выбежав и увидев раненную Гермиону, засуетилась: - Срочно несите девушку в больничное крыло! Я побегу, предупрежу мадам Помфи, чтобы подготовила койку и лечебные средства. Алан внёс Гермиону в одну из палат больничного крыла. Он осторожно переложил девушку на кровать спиной вверх и помог снять рваную верхнюю одежду. Мадам Помфи вышла за лечебными средствами. В палате появились взволнованные Джинни и Рон, а вслед за ними быстрым шагом вошёл профессор Снейп. Он приблизился к кровати, на которой стонала Гермиона. Осторожно подняв ей блузку и осмотрев раны, профессор покачал головой. - Это нельзя лечить обычными средствами, - сказал Снейп подошедшей Мадам Помфи. - Что вы принесли? - Заживляющие мази, перевязочный материал, зелье от бешенства, на случай, если собаки были больные, - перечислила мадам Помфи. - Зелье дайте, а мазь не нужно. Возможно, всё и заживет, но останутся рубцы. Вы же не хотите, чтобы спина молодой, красивой девушки навсегда осталась в шрамах? - спросил профессор Снейп. - Нет, конечно, но я всегда пользовалась только этим средством, - растерянно произнесла мадам Помфи. - А что вы предлагаете? - Я сам стану её лечить. Я знаю, как готовить лечебную мазь, которая, пусть и не за один день, но поможет ей наилучшим образом. Важно уметь правильно накладывать это средство, иначе может не подействовать. Проблема в том, что эту мазь нужно использовать моментально, сразу после её приготовления. Для этого необходимо перенести девушку в комнату, смежную с кабинетом зельеварения - поставим там койку. И ещё. Мне нужен ассистент. Тот, кто поможет мисс Грейнджер выполнять гигиенические процедуры. - Я могу, - встрепенулся Рон. - Естественно, это должна быть девушка, - оборвал его профессор Снейп. - Я буду ухаживать за Гермионой, - произнесла Джинни. - Мне совсем не трудно покормить её с ложечки или вынести судно. Она - девушка моего брата и сестра моего жениха, да и просто подруга. Вы не сомневайтесь, профессор, берите меня. Лучшего ассистента вам не найти! |
| ПОСМОТРЕТЬ ИЛЛЮСТРАЦИИ К ЭТИМ ГЛАВАМ. |
| ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ ФАНФИКА. |
| Выбор глав. |
| Отзыв по главам |
| Вернуться на главную страницу |
Хостинг от uCoz